Измена. Свадьба дракона (СИ)

Бездну, от которой немеет грудь, стучит сердце, дрожит струной каждая мышца в теле, а голова становится пустой и легкой.

Неужели можно настолько желать мужчину, что достаточно одного взгляда для пожара в груди? Можно. Я желала."

"Возможно, это последний раз, когда я вижу Рея. Я проживу тихую бесцветную жизнь в Лосте, лишь изредка, в самые дождливые дни, вынимая из шкатулки памяти бусины воспоминаний. Необязательно хороших, любых.

Человек, переживший три операции и химиотерапию, молившийся богу и хлебавший полынь, не боится совершить ошибку. Он боится ее не совершить. Положив ладонь на щеку Рею, я наклонилась так близко, что могла бы поймать его дыхание.

— Ты ведь не сделаешь меня своей наярой?

— Нет. Я ненавижу порочную систему наяр и буду верным мужем.

Рейнхард смотрел без улыбки, но лгать не стал, я не ошиблась в нем. От облегчения, и одновременно от тоски хотелось рассмеяться. Вторая принцесса, не прилагая ни малейших усилий, выиграла джекпот.

Усилием воли я отодвинула воображаемую смеющуюся красавицу, черный поток, Лост, вейру Марите с ее запутанными мотивами. Жизнь, в которой мне не суждено стать даже наярой, а только временным развлечением для Серебрянного анта. Плевать.

— Но ведь прямо сейчас ты никому не муж.

Кто сделал следующий шаг, я уже не знала. Мы просто бросились друг к другу с жаждой путников, увидевших водный источник посреди пустыни, путаясь в распущенных волосах, юбках, растегнутой рубахе, на которой кружев было больше, чем на бальном платье.

Пальцы скользили по жестким чешуйкам, легшим на виски Рейнхарда, в груди горело от нехватки воздуха, мир под закрытыми веками стал темным и жарким.

Серебро драконье чешуи спустилось цепью по виску к скулам, а после поползло к плечу, прячась в ворот черного камзола. Я положила ладонь ему на щеку, подспудно ожидая почувствовать их жесткость и прохладу, но чешуйки были мягкими и теплыми, как нагретая на солнце телячья кожа. Я видела, как меняется взгляд Рейнхарда, становясь жарким и жадным, как вытягивается зрачок и набирается в радужку темнота. Часть меня ни о чем не думала, а часть понимала, что делает и хотела продолжить.

— Скажи, что будешь любить меня, даже если я стану черным магом, — шепнула я куда-то в висок Рейнхарду.

Если он скажет «да», я расскажу ему все. Моих сил недостаточно, чтобы справиться с черным грузом тайн дома Тарвиш, поэтому прошу. У меня больше никого нет, Рей!

Рейнхард резко отодвинулся, взял мое лицо в чашу ладоней и серьезно сказал:

— Не станешь. Я не позволю тебе увлечься неверными вещами.

Половина моего сердца расцвела, подобно розе, а вторая часть поникла и умерла. Я не могу сказать ему. Интуитивно я вдруг поняла, что он не позволит меня пытать, не отдаст в артефакторную гильдию, не сделает энергетическим ресурсом.