Свадьба по приказу, или Моя непокорная княжна

Добрыми подругами мы так пока и не стали, но хотя бы она меня больше не достает и не дергает, а с тех пор, как за ней начал ухлестывать Шуйский, и вовсе стала почти нормальной.

Жаль, капризности в ней не убавилось. Но это уже будет Лешина проблема. Судя по тому, как он смотрит на сестру друга, не за горами предложение руки и сердца.

Очень надеюсь, что парень не одумается раньше времени, и уже ему в самом ближайшем будущем средняя Воронцова будет трепать нервы.

— Что-то вы, барыня, в последнее время только и делаете, что волнуетесь, и все по утрам, — пробормотала Беляна, но под моим хмурым взглядом стушевалась и подобострастно предложила: — Давайте помогу вам собраться, раз уж завтракать не желаете. Из-за переживаний.

Вот язва.

Тяжело вздохнув, я опустилась в кресло перед зеркалом.

Вообще, я могла бы и раньше призвать хранителя, но в Московии не до того было. А еще… Каждое утро, просыпаясь, я первым делом поворачивалась к камину. Почему-то казалось, что вот сейчас, несмотря на жаркую погоду, в нем полыхнет пламя, и из огненного марева вынырнет мой чертяка.

Но не было ни пламени, ни чертяки.

Я грустила, невольно обижалась и продолжала по утрам искать взглядом своего аджана. Искала, но не находила. И тянуть больше не имело смысла.

Пора призывать хранителя.

Утро выдалось суматошным. Анна нервничала и психовала (классика), Наташа витала в облаках, и непонятно: то ли хранителя своего в мечтах рисовала, то ли думала о грядущем бальном сезоне и приглашении, которое на днях получила лично от императрицы."

"Наталью Воронцову жаждали видеть на балах в Пламенном, и то, что в нашей солнечной девочке были заинтересованы сами правители, наталкивало на интересные мысли.

Старший сын его величества уже был крепко и безнадежно женат. Что же касается младшего… При упоминании о младшем у Наташи начинали блестеть глаза и появлялся румянец на щеках.

О ком-о ком, а о цесаревиче мне вспоминать и думать совершенно не хотелось. Увы, о его участии в заговоре мир так и не узнал. Федор сделал все возможное, чтобы выгородить сына, и нам наказал молчать. А слово императора, как известно, — закон, против которого не пойдешь.

В защиту правителя могу сказать, что без наказания наследника он не оставил. Выяснилось, что хаоситы воздействовали на Игоря точно так же, как и на Вяземского, планомерно подчиняя его сознание. Вот только в отличие от князя Игорь добровольно с ними связался, добровольно решил пойти против семьи. Против всей страны. Хаоситы лишь усилили его темные стороны, похоронив под постыдными пороками и жаждой власти те зачатки добра, что в нем оставались.

Игорь до сих пор восстанавливается.