Свадьба моего бывшего

Вот я, увы и ах, не такая, но восхищаюсь теми, кто готов всего себя отдать за «мир во всем мире». Казанцеву повезло. Вот уж точно выбрал лучшую женщину из возможных: умница и красавица с большим сердцем. Хотя он и сам такой: и умом не обделен, и внешне – мечта из эротических фантазий. Насчет большого сердца я, конечно, сомневалась, но кое-что у него очень достойных размеров, ну и дьявольские крылья хороши, да.

– Ань, а у Димы псевдоним Симачев? Если он родной дядя твоего жениха по отцу, то тоже должен быть Казанцевым, нет?

– Дима взял фамилию матери. Точнее, поменял. Это давняя история, – она пожала плечами. Я не стала лезть в семейное. – Смотри, какая прелесть! – воскликнула Аня, увидев шикарные заколки с голубыми жемчужинами.

– Жаль закрыто, – вздохнула я.

– Ну и бог с ними, – махнула рукой она. – В пятницу в «Паризьене» будем отмечать мое тридцатилетие. Приходи обязательно!

– Это лишнее, – смутилась я, – там будут друзья, все свои, зачем…

– Брось! Там будет столько народа, что даже я не всех знаю. Спасибо папе и отцу Дениса! А ты как раз оценишь гостей. Чтобы понимать, как им лучше досуг организовать.

– Ань, но…

– Отказы не принимаются! Все, я убегаю.

Я обреченно смотрела ей вслед, потом сфотографировала график работы бутика: хотя бы знаю, что подарить.

Вечером в пятницу я долго крутилась перед зеркалом. Долго страдала от мук выбора: платье Ахмадуллиной, или надеть что-нибудь свое? Я сшила пару шикарных вещей, смешав идеи: и свои, и известных брендов. Дресс-код объявлен – все будут выглядеть роскошно…

– А! – откинула черное платье. – Была не была! – и приложила свое собственное творение. Длинное, двухцветное, эффектное. Лиф а-ля танцовщица из черного бифлекса облегал грудь, как вторая кожа, но на виду оставлял только ключицы; спина открыта до середины. Юбка струящаяся, жемчужно-серая с переливами в серебристый и обратно; с потрясающим, смелым разрезом, в котором мелькали длинные ноги.

Волосы взбила естественной волной и, перекинув через плечо, зафиксировала, чтобы спину не закрывали. Макияж вечерний, выразительный и загадочный. Немного духов на запястье и шею, черные шпильки – все, теперь я готова покорить мир!"