Суженая мрака

Караульные заодно выполняли роль хора – воодушевленно подвывали шаману, который кривлялся в центре, колотя в огромный бубен. Этот прямо вусмерть разрисованный служитель культа буквально оглушал, но в то же время вызывал зажигательную вибрацию, от которой у меня внутри дрожало еще сильнее. Тем более женщины и дети сноровисто обкладывали мое бревно сухими ветками и поленьями. Ну и нравы у них!..

Наверное, так чувствует себя муха, спеленатая паутиной. Я могла пошевелить только головой и уже с опаской смотрела на стремительно растущую кучу топлива вокруг меня. Опять невольно пошевелила пальцами, сомневаясь, не слишком ли низко вишу: вдруг огонь сразу же доберется до моих ног. Сдается мне, что туземцы решили не сразу жертву сжечь, а насладиться копчением и ее страданиями. Да-да, жертва – это я, и не простая, а богам племени, которое меня поймало.

Пляски с бубном ускорялись, в ушах уже гудело, шаман непрестанно молотил в бубен. Чтобы самой не впасть в транс, я заинтересовалась толстыми каменными столбами рядом с моим бревном, венчающимися вырезанными невозмутимыми ликами, а вот внизу их украсили примитивными цветными изображениями доблестных воинов племени, убивающих смешного черного червяка с ножками. Присмотревшись, догадалась, что, скорее всего, это черный дракон, просто художник самодеятельный.

Небо сегодня на редкость чистое, голубое, безоблачное, Сол щедро заливает землю вокруг, а туземцы все сильнее входят в раж, призывая богов в свидетели и предлагая им богатые дары. Меня то есть. Приятно-о-о все-таки, что так высоко ценят!

Наконец ответственное лицо пафосно подожгло хворост. Сначала я с искренним восторгом наблюдала, как он разгорается, как взлетают в небо искорки, как становится тепло ногам… А когда пяткам стало жарко и искорки стали попадать на кожу, я начала дергаться и нервно шарить глазами по небу в поисках спасения.

Костер набирал силу, туземцы распалялись, шаман, потрясавший бубном, впал в экстаз, а я впервые с момента попадания в плен по-настоящему испугалась. Сердце забилось пойманной птичкой, я попыталась высвободиться из пут или хоть ноги приподнять, а то уже жжется. Меня накрыла паника, и я заорала на весь этот огромный остров, на который, как говорят светлые, за каким-то темным прилетела потусить:

– Спасите-е, помогите-е…

Вот тебе, Алера, и острые ощущения! И ведь не сменить ипостась, а то либо крепкие, отлично промасленные веревки меня в туго перетянутую драконью колбасу превратят, либо я всей своей тушкой окажусь прямо в центре набирающего силу костра и подкопчусь. Тоже мало приятного, поэтому оставлю колбасу и копчение на крайний случай.

– Чего орем, кого ждем, принцесса? – раздался у меня над головой насмешливый голос.