Суворовец

Управился быстро – эдак под «ноль». Ухмыльнулся, убирая бритву, похлопал пленника по бритой башке:

– Якши!

– Да уж, какое там… – скривился Ляшин. – Э! А освежить? Одеколон там или что еще? Что, даже «Шипра» нету? Ну, вы даете, господа.

Несмотря на все свое аховое положение, Алексей вновь начал шутить – а что еще оставалось делать, плакать, что ли?

– Э, э, якши! – прощаясь, террорист-парикмахер одарил пленника белозубой улыбкой.

Вновь запела труба. Звякнули тарелки… Утробно ухнул барабан. Эдак леновато, словно бы разминаясь.

Это что еще тут за рок-группа «Черный сентябрь»?

Соседи Ляшина проворно бросились к веслу. Вытащили, вставили в уключину – или как там называлась эта чертова прорезь в борту?

Гребцы держались вовсе не за рукоять весла – слишком уж неохватную – а за специальные скобы. Уселись, уперлись поудобней ногами… Алексей тоже ухватился… Ударил барабан.

Весло опустилось в воду… Нет, не одно весло – все весла галеры! Одновременно! Гребок… Удар барабана… еще раз… еще…

Ага, вот тут в чем дело-то! «Ритм-секция» задавала темп гребле. И пока что, похоже, никто никуда не торопился… Правда, вот сам Алексей тормозил – сбился…

Тут же что-то ожгло спину! Рассекая кожу, пронзило, казалось, до кости!

Плеть!

Ляшин скосил глаза – прохаживающийся по узкому помосту Казнак – старый знакомец! – погрозил парню кулаком и потряс плетью.

– Делай, как мы, урус, – смуглявый сосед по веслу – тот, что сидел ближе всех к борту – неожиданно подал голос. – Учись быстро-быстро. Иначе… Пфуй!

– Так и научусь, что уж. Как говорится, не боги горшки обжигают!

Да уж, не боги…

Наука оказалась не бог весть какой сложной, однако весьма утомительной. Просто необходимо было привыкнуть к однообразным движениям и одновременно слушать барабан и тарелки, быть готовым в любую секунду сменить темп. Задержишься – тут же получишь плетью!

Сволочи эти террористы… Гады… Чтоб им попался российский корабль! Какой-нибудь там эсминец. Впрочем, вполне достаточно и ракетного катера. Или… О! Да! Вертолет!

Орудуя тяжелым веслом, молодой человек с надеждой посмотрел в небо. Высокое, синее-синее, с перистыми полупрозрачными облаками. Что и сказать – для авиации самая та погодка. Только где она, авиация?

К полудню пленник устал, как собака! Вымотался – кыш не сказать. Уже не слушал и барабана, просто тупо греб, чувствуя, как немеют руки, а спина… О спине вообще думать не хотелось. Не раз и не два отведал пленник плети! То коренастый, то его помощнички – та еще сволота!

Наверное, Алексей умер бы от усталости, от всего этого гнусного шизофренического бреда… Умер бы, ежели бы галера не причалила к берегу в какой-то небольшой и пустынной бухте.

– Господи, неужели отдохнем? Пить… Даст кто-нибудь попить?

Дали.