Суворовец

– Одначе нехорошо, – прислушиваясь, озабоченно молвил ветеран.

Капрал резко повернулся:

– Что нехорошо, Никодим Иваныч?

– Да лошадь. Словно бы ей ноздри заткнули. Ну, чтоб не ржала.

– Думаешь, не казаки это? Кто-то чужой?

– А что, Алексей Василич, думать? Глянуть надо. Там дорожка есть… как раз от реки.

– Так глянем. Прохор, пошли… Осторожно только – ноги не поломай.

Насчет ног господин капрал пошутил – хоть здесь, в зарослях, и темновато, несмотря на лунную ночь, однако места кругом давно уже были обхожены и хорошо караульным знакомы. Каждый камень, каждый кусток, каждая ямка.

Так что шли спокойно, уверенно даже. Не то чтоб как по столичному Невскому, но как-то вроде.

Первым неладное заметил Прохор. Присел резко – за ним и Ляшин. Пока что – не думая. Чтоб луна в спину не светила.

Впереди, за ивами, фыркнула лошадь.

– Лошади… – прошептал молодой солдат. – Навозом пахнет – чую. Не одна лошадь…

– Казачки? – вслух предположил капрал. – Если они, то почему так тихо? Наши донские парни обычно не шибко стесняются. Даже в разъезде могут лясы точить. Что-то я никаких разговоров не слышу…

– Не, говорят… Бормочут что-то. Ну, тихо так… Может, поближе, к кустам. Там луг заливной… В ночном кто-то? Пасет лошадей?

– Тогда бы костры жгли!

– Да уж. Костра что-то не видно. И дымом не тянет…"

"Караульные осторожно прокрались к ивам. Затаились, глянули на заливной луг…

– Мать честная! – Прохор едва не выругался. Еще бы!

Над лугом, над серебристой травой бесшумно плыли кони! То есть не плыли, конечно, так, шли себе… А всадники спешились, вели лошадей под уздцы… Интересно, с чего бы казакам спешиваться?

Да, потому что не казаки это были! Совсем не казаки.

– Турки! – с ненавистью ахнул Прохор. – Вот ведь сволочи! Переправились где-то уже…

– Давай-ка быстро отсюда… – шепот капрала казался просто шелестом листьев. – Ты – к нашим, предупреди. Я – к казачкам.

– А вдруг вражины…

– Не успеют! Казачки-то совсем рядом.

* * *Магомет Конаклы, Конаклы-эфенди, лейтенант, командир конного бейлика, был нынче доволен судьбой. Ну, везло! Везло же, слава Аллаху, всемилостливому и милосердному. Был простой человек и вот уже лейтенант, эфенди! Там, глядишь, дорастет и до бея – а бей это уже совсем другой коленкор! Такое звание и наследникам передать не стыдно. Правда, пока что не было у Конаклы-эфенди наследников, как не было и жены. Ничего, скоро и жены, и наложницы будут, да еще и богатство! На то она и война! Вот кем бы он, Магомет Конаклы, был без войны? Водоносом в Измире? Хорошо, обратил на себя внимание бея, а тут как раз и война. Поначалу – простой солдат-сипах – Магомет быстро снискал среди сослуживцев нешуточное уваженье и страх, тоже нешуточный. Потому что смел был, быстр, как лесная лань, и еще – жесток.