Граф Суворов

С этими словами Сергей показал достаточно толстую бумажную папку и медленно, на показ, размотал шнурок ее связывающий. Интересно, вот вроде у них тут информация на кристаллах хранится, корабли по воздуху летают, доспехи бегают… а папочка следователя, точь-в-точь как в нашем мире в девяностые.

— Не по моей вине и не моей волей. — легко сказал я, пожав плечами. — С вами же, Сергей Корнилович, я познакомиться даже рад. С момента поступления этой встречи ждал и надеялся на нее.

— Вот как? И с чего же? — с деланным удивлением спросил дознаватель.

— Ну как. Столько нарушений устава и законов, как в училище я в жизни своей не встречал. Людей травят, людей убивают чуть ли не пачками. Уверен, вы в первую очередь с жандармерией эти случаи расследуете. — продолжил я, переходя в атаку. — Не может быть, чтобы человек на вашей должности столь важные дела пропускал.

— Не пропускаю, и наиживейшим образом участвую. — согласился Сергей. — Да только сегодня мы не обо мне говорить будем, а о вас.

— Обо мне? Разве это стоит вашего внимания? А как же следствие отравления студентов и поварихи, уже разобрались? Что следователи из полиции говорят? — все так же улыбаясь спросил я, и щека дознавателя едва заметно дернулась. — Если угодно, я вам с превеликим удовольствием помогу. Есть у меня подозреваемый, кто мог еду отравить.

— Вот как? И кто же? — спросил откинувшись на спинку стула Сергей.

— Так та повариха и отравила. — ответил я, разведя руки в стороны. — А потом…

— Хватит. Я услышал все, что должен был по этому вопросу. Но перейдем к более насущным. Согласно показаниям поварих на них напала группа студентов, утверждают, что именно вы стояли за нападением. И ваш приятель это подтвердил. — проговорил дознаватель. — По большому счету это даже не дело училища, я должен сразу передать вас жандармам вместе с показаниями всех сторон. Нападение с применением оружия, разбой, нанесение тяжкого вреда здоровью — все это тянет на пятнадцать лет каторги. Вы, кадет, выйдите в тридцать, если вообще выйдите.

— Кошмар! — воскликнул я, расширив глаза и прикрыв ладонью рот в притворном ужасе. — Как же так?

— Что вас удивляет, кадет? — не повелся на мой цирк дознаватель.

— Ваши жуткие и голословные обвинения. Ведь вот в чем дело… понимаете — но я ни на кого не нападал и тяжкого вреда никому не нанес. — искренне ответил я.

— И как же все было, по вашему мнению? — нахмурившись спросил Сергей.

— Как? О чем вы? — улыбнувшись вернул я вопрос.

— Вы не помогаете. Будете ерничать, я вполне на законных основаниях посчитаю это помехой следствию и правосудию. В результате это станет отягощающим обстоятельством к вашему приговору. — тут же успокоившись сказал дознаватель.