Босая для сурового

Все бы ничего, но то, как он смотрит на меня…Заставляет сильно замедлить шаг и быстро поубавить пыл, который горел во мне еще минуту назад.

Его взгляд тут же загорается при виде моих голых ног, фигуры, и лица. Я предвидела, что он будет удивлен от моего нового образа, однако сейчас почему-то мне не нравится его реакция. Арбатов смотрит на меня как-то по животному так, словно хочет сожрать. Живьем.

– Хороший маскарад, зверушка.

– Я вам не зверушка.

Задираю подбородок и гордо сажусь на заднее сиденье, куда он меня пропускает. Всю дорогу я еду молча, отвернувшись от мужчины к окну и буквально вцепившись в дверцу дрожащей рукой. Чтобы не смотреть на него, не слышать и особенно не чувствовать его запах, сводящий меня с ума.

Почему-то с каждой минутой дороги моя дрожь в теле только увеличивается. Я совсем не знаю, куда меня везут, и что со мной будет сегодня, и эта неизвестность просто убивает.

Слезы так и норовят повалить из глаз, но я держусь до последнего, так как тогда сразу же потечет тушь, как говорила Стелла, и мой маскарад развалиться на части.

Уже через полчаса мы подъезжаем к какому-то явно дорогущему ресторану, который переливается красивыми красно-золотыми бликами. Как только машина паркуется у входа, я делаю судорожный вдох, пытаясь скрыть дрожь в руках, и это не остается незамеченным.

– Не переживай. Я буду рядом, но ты должна делать вид, что не знаешь меня.

Задерживаю дыхание, когда вижу, как огромная ладонь Арбатова мою руку сверху накрывает. Очень нежно и бережно, а у меня от этого тут же табун мурашек по спине проносится. Смотрю прямо в глаза тигриные, до сих пор не веря, что мужчина позволяет всему этому происходить.

– Как это будет? Что мне делать?

Не узнаю свой голос. Черт, чего же я так трясусь-то…Я же готовилась весь месяц к этой встречи, однако сейчас почему-то не чувствую в себе такого пыла как раньше.

– Тебе надо познакомиться с Захаровым и сделать так, чтобы он захотел встретиться снова. Вотрись к нему в доверие. Все должно пройти идеально.

Я смотрю на свои дрожащие пальцы с нежно-розовым маникюром и пытаюсь успокоиться, но куда там. Эти игры мне уже не нравятся, и я не знаю, что ждет меня впереди.

– Маша, ты слышишь меня?

– А? Да. Слышу.

Я вроде и правда слышу Всеволода Генриховича, однако его ладонь все еще касается моей, и это просто парализует мне мозг. Он еще ни разу меня так не касался, отчего я просто теряюсь.

– Биографию Виктории выучила?

Набираю воздуха полную грудь и выдаю на одном дыхании.

– Да. Я готова.

Арбатов первым выходит из машины и идет в клуб, а я следую за ним только спустя полчаса, чтобы не вызвать подозрений. Хоть я и тренировалась все эти дни ходить на каблуках, сейчас мои ноги почему-то все равно дико трясутся.