Супруги по завещанию (СИ)

Именно поэтому поместье сейчас так искренне оплакивало своего хозяина и моего отца. Отца, который был для меня лучом света. Отца, без которого я не представляла, как жить дальше.

После смерти мамы он старался держаться. Держаться ради меня и людей, доверивших ему свои жизни. Отказался отправлять меня в пансион благородных девиц, хоть и понимал, что благодаря этому обучению я смогу найти подходящую партию и получше устроиться в этом мире.

Но папа, мой прекрасный папа, настаивал на том, что деньги — это не самое главное в жизни. Что деньги не смогут заменить счастья и любви. А брак нужно заключать исключительно по любви.

И, вместо того, чтобы отправить меня в пансион, граф Эйвери нанял мне учителей. Зачастую отдавал едва ли не последние деньги за мои занятия. Но всегда с улыбкой повторял, что это не главное. А главное то, что мы рядом, мы вместе и мы одна семья.

И сейчас, сидя в своей комнате и пытаясь придать опухшему от слез лицу хоть какую-то свежесть перед встречей с поверенным. Я не понимала, как мне жить дальше, оставшись в полном одиночестве в этом большом мире.

Дверь в комнату распахнулась, отвлекая меня от мрачных мыслей. И внутрь вошла Женевьева. Моя служанка, компаньонка и няня в единственном лице.

— Ханни, ты готова? Поверенный вот-вот приедет."

"Огладив складки на плотном черном платье, я кивнула и поднялась на ноги.

— Но не думаю, что от него стоит ждать хороших вестей, — мрачно заметила я.

Поверенный, к которому обращался отец, должен огласить сегодня завещание. Другой родни у нас с отцом не было. А, значит, поместье должно перейти мне. Но как я буду содержать его и немногочисленных слуг, я не представляла.

— Быть может, все не так плохо, как ты думаешь? — с сочувствующей улыбкой предположила Женевьева, — Возможно, граф оставил тебе какие-то деньги.

Деньги отец точно должен был оставить. Вопрос лишь в том, как долго мы сможем протянуть на эту сумму. Хватит ее хотя бы на год?

Как жаль, что папа не посвящал меня в свои дела. Он занимался какими-то артефактами, часто отлучался из дома, но никогда не вдавался в подробности. А если бы и вдавался, какой теперь от этого толк? В артефактах я ничего не понимаю. Да и сомневаюсь, что его компаньоны и заказчики стали бы сотрудничать с сопливой девчонкой. Но дела отца были единственным, что держало нас на плаву.

— А, может, тебе стоит подыскать удачную партию? — продолжила фонтанировать идеями Женевьева, — Возможно, денег хватит на приданное. Или, ты всегда можешь продать поместье.

Продать поместье? Не скажу, что не думала об этом. Но хотелось бы оставить этот вариант на самый крайний случай. Для меня это не просто стены из камня. Это дом, в котором я росла. Дом, в котором были счастливы мои родители.