Супруги по завещанию (СИ)

Будем надеяться, что я не вляпаюсь еще во что-нибудь, пока будет отсутствовать Алмир.

Я планировала все то время, пока дожидаюсь блудного супруга, мирно стоять у стеночки и не привлекать к себе лишнего внимания. После всего пережитого за сегодняшний день и, в особенности за вечер, хотелось слиться со стеной и тем самым избежать необходимости с кем-либо разговаривать. Герцог Гейрлейв за один единственный день сумел перевернуть мою жизнь с ног на голову и внести в нее столько сумбура, сколько мне не доводилось видеть за всю свою тихую, размеренную и спокойную жизнь.

Поначалу мне вполне успешно удавалось придерживаться изначального плана — мирно дожидаться Алмира и не отсвечивать. Но все пошло наперекосяк в тот момент, когда в бальный зал вернулся хозяин вечера.

Герцог Камерон вошел в зал и окинул хищным взглядом пространство, явно кого-то выискивая. Мне бы следовало отвернуться, чтобы не выдавать своего интереса и легкой нервозности. Но, стоило мне только об этом подумать, и тут же стало поздно. Наши взгляды с министром финансов встретились. Мужчина хищно усмехнулся, заставляя меня испуганно дернуться, и уверенным шагом двинулся в мою сторону, рассекая пространство.

— Скучаете, леди Гейрлейв? — поинтересовался герцог Камерон, приблизившись.

И отчего-то мне почудилось в его голосе столько злого торжества и предвкушения, что я едва сумела подавить внутренний порыв подхватить юбки и броситься прочь. Боюсь, за это меня Алмир по головке не погладит. Поэтому нужно собраться, взять себя в руки и последовать нехитрым инструкциям, которые оставил супругом после своего ухода.

В конце концов, возможно, что я себя просто накрутила после рассказов герцога Гейрлейва и пережитого стресса. Вот теперь мне и чудится подвох там, где его нет.

Мужчина продолжал нависать надо мной, дожидаясь ответа. И я неоднозначно пожала плечами, не решив, утвердительный или отрицательный ответ в данной ситуации лично для меня будет менее опасен.

— И где же ваш драгоценный супруг? — с легким укором в голосе продолжил свой допрос герцог Камерон, — Чем таким важным он занят, раз решил оставить свою прелестную жену в гордом одиночестве?

Нет, ему гостей разве мало? Нашел, к кому прицепиться…

Но вслух я произнесла другое:

— Он отошел… припудрить носик, — с заминкой завуалировала я тягу к естественной нужде.

Ляпнула первое, что пришло в голову. Ну, а что еще прикажете говорить хозяину вечера, в личных вещах которого варварски порылись, и теперь, радостно размахивая уликами, отправились исполнять свой гражданский долг? То есть, сдавать неугодных и неверных короне. Правильно, правду в таком случае говорить ни в коем случае нельзя.