Сумрак

Затащить меня в постель, чтобы потом посмеяться, когда будет рассказывать всем, какое я бревно, или ткнуть брата носом в то, что заставил меня раздвинуть ноги, – вот все, что его интересовало.

Нет. Уилл не победит.

– Открой двери, – распорядилась я.

Пристально посмотрев на меня еще мгновение, он направился не к двери, а к разбитому окну, едва выдерживающему напор ветра и ливня.

– Открой двери, – повторила, подойдя к нему.

– Зачем? – спросил Уилл.

Я сердито нахмурилась.

– Зачем?

В смысле, зачем?

– Напугать тебя я не пытался, – произнес он, глядя на молотящие по крыше капли. – Вопрос в том, почему не пытался.

– Настоящие монстры не носят масок, Уильям Грэйсон Третий, – возразила я. – Они выглядят как обычные люди.

Парень промолчал, по-прежнему наблюдая за танцем дождя.

– Теперь открой двери. – Я развернулась. – Ты жалок, и зря тратишь мое время.

Двинувшись к выходу, вдруг услышала его голос у себя за спиной.

– Они не позволят тебе уйти домой в такую погоду.

– Им меня не остановить.

– Я не позволю тебе уйти домой в такую погоду, – пояснил Уилл. – Ты переночуешь здесь.

Положив руку на дверную ручку, я оглянулась.

– Заставь меня. – Прежде чем я успела повернуть ее, он достал из кармана телефон и нажал на дисплей.

«Перестань, ты меня пугаешь, – прозвучал мой голос из динамика. – О нет. Что же мне делать? Не будь слишком жесток со мной, папочка».

У меня перехватило дыхание, каждая мышца в теле ослабла. Пальцы соскользнули с ручки, и я замерла.

«Хотя, должна признать, мне нравится, когда ты жесткий. Такой жесткий».

Я закрыла глаза, услышав свой стон на записи. Дерьмо.

Развернувшись, заметила его самодовольную ухмылку и поняла – он записывал розыгрыш. Они всегда фиксировали свои тупые выходки на идиотский телефон.

Мои ноги почти сделали шаг; я была готова уйти. Пусть выкладывают в интернет, чтобы все хорошенько посмеялись. Брат разозлится, потому что в воображении дорисует недостающие детали, которые подходят к тому, что он услышал.

Все равно, ведь я уже привыкла.

Затем Уилл сказал:

– Двери открыты. Иди, поешь пиццы. – Он поднял маску с пола. – Мы тут приберемся.

Замешкавшись, я оглядела груды разбитого стекла. Если Мартин узнает о моей причастности к погрому, серьезных проблем не избежать. Хоть я и защищалась, если разобраться, все равно не горела желанием, чтобы до него дошел слух о произошедшем здесь. Он обвинит во всем меня.

Я моргнула. Ладно.

Выйдя из кабинета, стремительно пошла к лестнице.

Я должна быть дома. С бабушкой.

Уилл хотел лишь поиграть со мной. С единственной целью – доказать, что может.

Однако… свободная ночь – это такая редкость. По крайней мере, в отсутствие брата я могла расслабиться. Наушники и книга у меня с собой.

Уиллу сегодня я больше ни в чем не уступлю.