Сумрак

Насилие воспринимается как любовь.

Мне вспомнились его слова с урока литературы.

Изголодавшийся человек проглотит что угодно.

Склонив голову набок, он еще раз окинул взглядом фиолетово-красные синяки на одном боку и на бедрах."

"На парне не было никаких видимых следов от ран. Однако существовали разные виды боли.

– Уилл такой, – голос Дэймона смягчился, стал более печальным, – не так ли?

Как улыбка, от которой не больно. Я кивнула.

– Простой, нормальный, умиротворяющий… Он – единственная часть моей жизни, не тронутая ничем уродливым. Ничем не оскверненная. Он – единственный, кто до сих пор остается прекрасным, думает, что мир прекрасен, верит, что люди прекрасны, и все такое.

Да. Но я не могла ответить вслух. И без того было трудно сдерживать рыдания.

– Ты не можешь забрать его у меня, – сказал парень, отпустив меня и попятившись назад.

В этот момент я поняла, в чем именно заключалась проблема. Я не была ему неприятна. Его возмущало то, что я так нравилась Уиллу.

Один день, проведенный в его галстуке – мне нравилось, какие чувства Уилл во мне пробуждал, поэтому я хотела постоянно иметь при себе его частичку, – ничто по сравнению с годами, в течение которых Дэймон полагался на него как на маячок надежды, показывающий, что мир по-прежнему остается красивым местом.

– Сама знаешь, у вас все равно не сложится, – заметил он. – Его семья – одна из богатейших в стране, Эмери. Его жизнь находится далеко за пределами твоего понимания, и наоборот. Ты знаешь, что тебе нет места на фото Уилла Грэйсона с выпускного бала.

Я опустила глаза, медленно присела, подняла промокшее полотенце и прикрылась им.

– Понимаю, – продолжил Дэймон. – Больно слышать, но это правда, и тебе это прекрасно известно. Более того, все бессмысленно, потому что ты себя знаешь. Даже я знаю, какая ты. Вся школа знает. Он не подойдет тебе, потому что ты стремишься быть несчастной и утянешь его на дно.

Сжав кулаки, желала хорошенько его исцарапать.

Я не несчастная. Я…

Сердце оборвалось, и я отвернулась.

Дэймон прав. С самого начала я отталкивала Уилла.

Мне было известно, чем это закончится. Лучше ничего не начинать.

– Он взял тебя измором, и тебе нужна разрядка. Я понимаю.

Парень вновь приблизился ко мне. Капли воды оросили его тело. Он нависал надо мной, все еще пугая, однако не так, как раньше.

– Так прими все без прикрас, – прошептал Дэймон. – И расслабься со мной.

В животе закружился вихрь. Что?

– Его увлеченность пройдет, поэтому притворись, будто контроль в твоих руках, – поддразнил он. – Называй вещи своими именами, ведь это точно не любовь. Симпатия. Гормоны. Сиюминутное наслаждение. Каприз.

Нет. Это не так.