Сумерки. Сага. Закат (СИ)

Желание услышать историю целиком казалось практически осязаемым, но Нил умел быть терпеливым.

Мазерати остановилась посреди участка заросшего леса. Эндрю забрал с заднего сидения сумку Нила и вышел наружу. Джостен последовал его примеру.

Вокруг было слишком зелено. Деревья стояли настолько высокие, что, казалось, доставали верхушками до неба. Голубого неба. Нил только теперь заметил, что облака рассеялись, правда солнечные лучи не доставали до земли, теряясь в кронах деревьев.

— Нам предстоит долгий подъем, справишься?

Нил самодовольно посмотрел на Эндрю и откинул мешающую прядь волос со лба.

— Ты говоришь с человеком, находящимся в бегах восемь лет. Мои ноги способны тебя удивить.

— Я удивлён ими с первой недели твоих занятий физкультурой. Напомнить о необходимости покупки новой формы?

Внезапно Нилу стало слишком жарко. Он списал это на неожиданно тёплую погоду.

— Так значит ты следил за мной с самого начала?

— Я не мог прочитать твои мысли. Это выводило меня из себя.

— Это единственная причина?

Эндрю недовольно закатил глаза и схватил его за руку.

— Пойдём, мы должны успеть на место во время.

Нил промолчал, но сделал мысленную пометку вернуться к этому вопросу позже.

Когда они достигли намеченной точки, Джостен даже не запыхался.

— Что я должен увидеть?

Нил закрутил головой, пытаясь понять, что такого собирался показать ему Миньярд, но вокруг не было ничего особенного. Кроме, разве что, залитой солнцем поляны в двух шагах от них, но не то чтобы Нил до этого никогда не видел солнца.

Эндрю будто на что-то решался. А потом опустил взгляд на свою рубашку и принялся расстегивать на ней пуговицы.

Нил затаил дыхание, происходящие было слишком невероятным. Парень не понимал, для чего Эндрю делает это, но на самом деле его мало интересовали причины.

Сантиметр за сантиметром открывалось все больше участков мраморной белоснежной кожи. Прикоснуться к ней хотелось так сильно, как не хотелось ничего и никогда в жизни.

Когда Эндрю окончательно скинул с себя рубашку, оставив лишь повязки на своих запястьях, Джостен почувствовал, как сильно у него закружилась голова.

Эндрю был бесподобен. Никогда прежде Нил не видел никого более красивого. Это должно было стать самым захватывающим зрелищем в жизни парня, но потом Эндрю сделал два шага назад.

В первую секунду Нил не на шутку испугался, вспомнив все рассказы о том, как вампиры горят на солнце, и дернулся вперёд, желая затащить Эндрю обратно в тень. Но Миньярд отступил еще на шаг, и тогда Джостен наконец понял, что Эндрю вовсе не загорелся.

Эндрю сиял, его кожа искрилась, переливаясь на солнце, как грани драгоценных камней. Нил всегда считал Эндрю совершенством, но он оказался еще и самым прекрасным произведением искусства.