Сумерки

— Я прислушивался к Джессике, причем довольно небрежно — как я и говорил, только ты способна найти приключение в Порт-Анджелесе. Поэтому я не сразу обнаружил, что ты пошла бродить сама по себе. Когда я понял, что ты уже не с ними, я поехал к книжному магазину, образ которого увидел в голове Джессики. Можно было точно сказать, что внутрь ты не заходила и пошла дальше на юг. Я знал, что через какое-то время ты вынуждена будешь повернуть назад, поэтому просто ждал тебя, просматривая мысли встречных прохожих на тот случай, если кто-то случайно видел тебя. У меня не было особого повода беспокоиться… но все равно было как-то не по себе…

Он глубоко задумался, глядя мимо меня и видя что-то такое, что я не смогла бы себе представить.

— Я стал ездить кругами и… прислушиваться. Солнце уже садилось, и я уже хотел выйти из машины и искать тебя пешком. Но тут… — он остановился, стиснув зубы в приступе внезапной ярости. Затем сделал усилие и взял себя в руки.

— Что? — прошептала я. Он смотрел куда-то поверх моей макушки.

— Я услышал их мысли, — прорычал он, и его верхняя губа изогнулась и поднялась, приоткрыв зубы. — Я увидел твое лицо в его голове.

Он неожиданно подался вперед и поставил локоть на стол, прикрыв глаза рукой. Движение было настолько стремительным, что я вздрогнула.

— Было очень… трудно — ты даже не понимаешь, насколько трудно — просто уехать, забрать тебя и оставить их… в живых, — его голос прозвучал глухо из-за прикрывавшей лицо ладони. — Можно было отпустить тебя с Джессикой и Анджелой, но я боялся, что, если ты оставишь меня одного, я пойду искать их, — признался он шепотом.

Я сидела молча, ошеломленная, мои мысли смешались. Обхватив себя руками, я бессильно прислонилась к спинке скамьи. Он не отводил руки от лица и сидел неподвижно, словно был вырезан из камня, на который походила его кожа.

Наконец он убрал руку, и его взгляд нашел мой. В глазах теснились незаданные вопросы.

— Ты готова ехать домой? — спросил он.

— Я готова ехать отсюда, — уточнила я, про себя радуясь тому, мы будем вместе еще целый час, всю дорогу до моего дома. Мне не хотелось расставаться с ним.

Официантка появилась в тот же миг, словно по вызову. Может, она подсматривала?

— Ну, как у нас дела? — спросила она Эдварда.

— Спасибо, можно чек?

Его голос был спокойным, но хрипловатым, со следами недавнего напряжения. Кажется, у нее голова от этого пошла кругом. Он выжидающе глянул на нее снизу вверх.

— К-к-конечно, — заикаясь, выдавила она. — Пожалуйста.

Она достала маленькую кожаную папку из переднего кармана черного передника и протянула ему.

В его руке уже была купюра. Он сунул ее в папку и вернул папку официантке.

— Сдачи не надо, — сказал он и улыбнулся. Затем он встал, и я неуклюже поднялась на ноги следом.