Искушай меня в сумерках (ЛП)

Она слышала это ото всех, за исключением Беатрис, которая, к счастью, не разделяла всеобщую враждебность семейства Хатауэй в отношении Гарри.

Поппи все-таки спросила Беатрис, почему та не возражает против ее помолвки?

– Полагаю, что из вас может получиться хорошая пара, – ответила Беатрис.

– Ты так думаешь? Почему?

– Кролик и кот могут мирно сосуществовать. Но сначала кролик должен утвердиться – пару раз напасть на кота – а потом они станут друзьями.

– Благодарю, – сухо произнесла Поппи. – Мне нужно это запомнить. Хотя, осмелюсь заметить, Гарри будет весьма удивлен, если я стукну по нему словно по кегле.

Бракосочетание и свадебный прием ожидались столь грандиозными по организации и количеству приглашенных, словно Гарри намеревался сделать свидетелями этой церемонии половину Лондона. Как следствие, Поппи предстояло провести большую часть дня своей свадьбы среди моря незнакомых лиц.

Поппи надеялась, что они с Гарри могли бы лучше узнать друг друга за те три недели, что длилась их помолвка, но она почти не виделась с ним, за исключением двух случаев, когда он приходил, чтобы взять ее на прогулку. А мисс Маркс, которая сопровождала их, каждый раз выглядела столь сердитой, что это смущало и выводило Поппи из себя.

За день до свадьбы приехали ее сестра Уин и зять Меррипен.

К облегчению Поппи, Уин предпочла занять нейтральную позицию в спорах в отношении ее брака. Уин с Поппи сидели в богато обставленном номере отеля, обстоятельно обсуждая этот вопрос. И так же, как и в дни их детства, Уин выступала в роли миротворца.

Свет от окаймленной бахромой лампы скользил по светлым сверкающим волосам Уин.

– Если он нравится тебе, Поппи, – нежно сказала Уин, – если ты уважаешь его, то тогда, уверена, что и я буду относиться к нему также.

– Жаль, что Амелия думает иначе. И мисс Маркс тоже, по правде говоря. Они обе столь... упрямы... что мне очень трудно что-либо обсуждать с кем-либо из них.

Уин улыбнулась.

– Не забывай, что в течение очень долгого времени Амелия заботилась обо всех нас. И для нее нелегко отказаться от роли нашей защитницы. Но она это сделает. Помнишь, когда мы с Лео уезжали во Францию, насколько тяжело было для нее отпустить нас? Как она беспокоилась?

– Думаю, что она больше беспокоилась за Францию.

– Ну, Франция выдержала Хатауэев, – улыбаясь, сказала Уин. – И ты выдержишь, став завтра женою Гарри Ратледжа. Только... могу ли я заметить...

– Конечно. Все остальные-то уже высказались.

– Лондонский сезон похож на одну из тех мелодрам в Друри Лэйн, где все всегда заканчивается свадьбой. И никто, кажется, не задумывается о том, что произойдет после свадьбы. Но брак – это не конец истории, а лишь начало. И чтобы он был успешным, требуются усилия со стороны обоих супругов.