Сумасшедший декабрь (СИ)

— Почему я приехал за тобой на работу и не наблюдаю тебя здесь?

Мы очень близко, и я слышу каждое его слово. В его голосе охуительная претензия. Хочется вырвать у нее трубку и объяснить, почему ее там нет, но я сдерживаюсь, сжимая челюсть.

— Потому что меня там нет, — иронично и очень устало отвечает она.

— Почему я узнаю от посторонних людей, что ты в отпуске? И раз ты в отпуске, почему ты шляешься неизвестно где?! — повышает тон. Кристина грустно улыбается.

— Право рассказывать тебе, где я и что делаю, ты уже потерял, — сообщает она мужу.

— Это еще почему? — немного растерянно спрашивает он.

— Я скоро приеду, и мы поговорим, — сбрасывает звонок. Слезает с меня, начиная поправлять одежду.

Да, я слишком тороплюсь; да, я максималист; да, я хочу слишком много. Но я так чувствую. Мне не нравится его тон в ее сторону. Я хочу оградить ее от этих разборок и принять удар на себя.

— Куда ты поедешь?! В дом, где находится моя дочь и свекровь? Заявлять свои права?! — злится, неровно одёргивая юбку. — Я сама все решу, — категорично заявляет она…

Какая, бля, самостоятельная…

Открываю дверь своими ключами. Глубоко дышу. Не хочу скандала. Но по голосу Юры по телефону понимаю, что его не избежать. Закрываюсь. На секунду облокачиваюсь на дверь, прикрывая глаза. Я пахну сексом. От меня несет другим мужчиной. Тихо разуваюсь в надежде проскочить в ванную, прежде чем встретиться с семьёй, но муж меня, видимо, ждал.

— Явилась, — цинично усмехается, облокачиваясь на косяк, складывая руки на груди. Заглядываю ему в глаза — ни грамма вины. Совсем. Там огромная претензия и злость. То есть виноватой буду я? Молча ставлю пакеты на тумбу и снимаю пальто.

— Не хочешь обнять и поцеловать мужа? Не соскучилась, я сморю? — гадко язвит. Самое смешное, что раньше он отмахивался от моих порывов нежности, когда возвращался домой. Не нужны были ему мои поцелуи и объятия. «Мышка, я устал… Кристина, я весь грязный… Ну что ты как маленькая, мы уже не в том возрасте». А сейчас подавай объятий и поцелуев.

— Какой же ты все-таки лицемер, — шиплю я, поглядывая в сторону гостиной, откуда слышен голос дочери.

— Я лицемер. Я?! — приходит в ярость, надвигаясь на меня. Не страшно. Не получится вызвать у меня чувство вины. — А ну-ка иди сюда! — неожиданно резко хватает меня за блузку и запихивает в ванную, закрывая дверь.

— Не смей меня трогать! — вскрикиваю, но перехожу на шипение, чтобы не привлекать внимание дочери. Отталкиваю его от себя с той же яростью.

— Ну конечно, завела богатого ебаря и теперь смелая. Да? — смотрит на меня с призрением. Закрываю глаза, пытаясь собраться. Я не хочу выяснять отношения. Я вдруг ловлю себя на мысли, что мне уже совершенно безразлично, что он думает, где и с кем проводит время. Совершенно безразлично.