Сумасбродка

Однако графиня и не подумала сдаваться. Она ринулась в атаку на мужа и, не смущаясь присутствием хозяев, принялась бить Дугласа по груди, выкрикивая при этом:

— Хватит говорить про Хелен Мэйберри так, будто она святая и настолько милая и умная, что все вокруг готовы плясать под ее дудку! Как бы не так! Она просто положила на тебя глаз, ты, ничтожный мерзавец!

— Алекс, ради всего святого, успокойся!

— Поздно меня уговаривать! За последние два месяца ты не был дома целых три недели! Ты провел их с ней в этой дурацкой таверне с лампой! Я угадала, верно? Не нашел ничего глупее. И конечно, она охмуряла тебя разговорами про чудесные свойства лампы!

При виде того, как покраснела Алекс, Дуглас в испуге отступил и чуть не свалился в камин.

— Послушай, Александра, — начал он, напустив на себя вид не менее грозный, чем тот, с которым представитель властей врывается в разбойничье логово, — ты перешла все границы! Если ты немедленно не справишься со своей необузданной ревностью, я силой отошлю тебя домой! И ты не ступишь оттуда ни шагу, оставаясь вдвоем со своей свекровью — да поможет тебе Господь! — пока не остепенишься и не придешь в себя. Я никогда не был в графстве Хэммеринг. Точнее говоря, однажды я приезжал туда в гости к лорду Прису, но это было очень давно, много лет назад, да еще нанес ему визит в «Гильон-отеле» после свадьбы Грея, когда он пригласил меня на обед. Вот и все, больше ничего не было, Алекс, так что выбрось Хелен из головы и приди наконец в себя! — Тут Дуглас вдруг рассмеялся и повернулся к Грею: — Один лакей тогда здорово споткнулся и наверняка расшиб бы себе нос, но Хелен успела поймать его за шиворот!

— Скажите, какие мы храбрые и ловкие! Как же, я даже слышала, что эта дылда выставила за дверь Артура Келберна, похитившего Джек! Между прочим, Дуглас, я бы проделала то же в два счета! То, что я мала ростом, еще не говорит ни о глупости, ни о трусости! Я бы и лакею не дала упасть! Подумаешь, подвиг!

Дуглас схватился за голову:

— Нет, вы только посмотрите на нее! Послушай, Алекс, ты бы не выставила за дверь Артура Келберна. Он просто не разглядел бы такую малютку, как ты! Нет, нет, давай скажем иначе! Если бы только он заметил тебя, то не увидел бы больше ничего, кроме твоего бюста! Да, именно так! Он так и застыл бы на месте и глазел на твои груди, пуская слюни и рискуя быть растоптанным остальными.

Графиня Нортклифф затряслась от негодования:

— Да что ты такое говоришь! Ну, Дуглас Шербрук, какая же ты все-таки скотина, если позволяешь себе при посторонних обсуждать мою грудь!

— Не волнуйся, дорогая, все мужчины этим только и занимаются — правда, не при леди. А ты в течение последнего часа была похожа на кого угодно, но не на леди.