Сухарева башня

 – А насчет «Арки» скажу вот что: если бы там кто-то был связан со Стрелком, Ярцев не стал бы покупать магазин. Никогда.

– Это Кутепов его купил, – напомнил Опалин.

– Неважно. Он делает только то, что одобрит Сидор. Со стороны кажется, что Кутепов – главный, но на самом деле это не так. Все решает Ярцев, и так было всегда.

– А когда они торговали… – не удержался Иван.

– Да, и в 19-м году тоже, – ответил Авилов, угадав завершение фразы до того, как оно было произнесено.

– Как ты можешь с ними общаться, зная, что они за люди? – вырвалось у пораженного Опалина.

– А как ты общаешься с убийцами у себя в угрозыске? Для тебя это часть работы, верно? Ну так для меня Ярцев – тоже часть работы. Он устроил мне встречу с Берманом, который нарочно для этого приехал в Москву.

– Это брюнет, что ли?

– Ну да. Я играл с ним сегодня.

Он говорил, не хвастаясь, а словно констатируя общеизвестный факт. Опалин поймал себя на том, что сидящий на диване человек ставит его в тупик. Франт, но без заносчивости, способен отмычкой открыть дверь, но не уголовник. Иван никак не мог раскусить, кем он был на самом деле, откуда происходил, и положил себе обязательно прояснить этот вопрос.

– А ты много зарабатываешь? – спросил Опалин.

В интонации ни тени насмешки, только на самом дне светло-серых глаз что-то блеснуло, как лезвие кинжала. И хотя Иван был еще очень молод, он сообразил, что человек этот – крепкий орешек и что просто так к нему не подступиться.

– Слушай, – начал Опалин, – я совсем забыл тебя поблагодарить…

– За что? Ты же и так с гранатой пришел.

– Ну, я… да. На всякий случай…

Авилов поглядел на него и засмеялся.

– Ладно, давай о деле, – сказал игрок. – Я не знаю, как скоро мне удастся что-то узнать. Но как только, так сразу. Оставь мне свой телефон.

Опалин стал путано объяснять, что он сейчас не на работе и дома он не всегда, потому что… Но под взглядом игрока понял, что все эти объяснения совершенно лишние, и стал искать, на чем писать. Разумеется, ничего такого под рукой не оказалось, и тогда он оторвал клочок от газеты и сбоку от рекламы фабрики «Красное веретено» имени Демьяна Бедного нацарапал два номера: домашний и рабочий.

– Я с ним не знаком, – сказал Опалин.

– Это неважно. Услышишь, что тебя искали от Бедного, – значит, от меня.

– И что мне тогда делать?

– Перезвони по телефону 4–33–60. Это мой номер.

– А если у тебя соседи к телефону подойдут? Что я им скажу?

Авилов усмехнулся и поднялся с дивана.

– Никто не подойдет. У меня отдельная квартира.

– Счастливый ты человек! – не удержался Иван. Сам он об отдельной квартире мог только мечтать.