Сухарева башня

– А как, по-твоему, она может себя чувствовать? – срывающимся голосом спросила Надя. – Ужасно это все. Бедной Лизе досталось, и Аристарху Николаевичу тоже, хотя он ни в чем не виноват. Я не понимаю, почему вы никого не можете найти?

– Мы ищем, – сказал Опалин.

– Ищете, да, но почему? Почему такие вещи возможны? Увели ребенка, убили… Как это? У меня в голове не укладывается… Анна Андреевна с ума сходит, моя мама… ей приходится все это видеть… Хорошо хоть врач приходил, прописал ей снотворное.

– Анне Андреевне? – зачем-то уточнил Опалин.

– Ну я так и сказала. Сейчас у нас дома очень непросто… Ты только поэтому звонишь? Или хочешь в кино меня позвать?

– Я пока не могу в кино, у меня работа, – сказал Опалин. – Скажи, в какой школе учится Лиза?

– Я номер не помню, сейчас у мамы спрошу, – сказала Надя. – А зачем тебе?

– Нужно. Очень нужно, поверь!

Надя отошла, потом вернулась. Слушая ее, он нацарапал на первой попавшейся под руку бумажке номер и адрес школы.

– После уроков она занимается немецким с Екатериной Александровной, – добавила девушка. – Тебя это интересует?

– Меня все интересует, – буркнул Опалин. – Слушай, когда все кончится и я буду посвободнее, сходим в кино?

– Конечно, – сказала Надя, и ее ответ наполнил его теплом.

– Тогда до свиданья, – проговорил он, жалея, что их разговор так быстро заканчивается и нельзя продлить его еще хоть немного. – Послушай, а какой…

Но она уже повесила трубку, и он не успел спросить у нее, какой актер ей больше нравится. «Это все моя работа, – мелькнуло в голове у Опалина, – люди встречают нас в тяжелые минуты своей жизни и потом начинают асво… асцо… ассоциировать нас с этими минутами. А на самом деле мы такие же, как все. Совершенно обычные… И все же она сказала «конечно». Это главное…»

Он заметил, что сидит на краю стола Петровича, с аппарата которого звонил, и поспешно слез, потому что сам Логинов только что вошел в кабинет.

– Стоп, – насторожился тот, видя, что Опалин сделал движение к двери, – куда?

– Надо приглядеть за Лизой Евлаховой. – И Иван объяснил, что ей, по его мнению, угрожает опасность.

– А позвонить ее отцу – никак?

– Зачем ему звонить?

– Затем, чтобы он держал дочь дома, если все так серьезно.

– Она в школе учится. Ей нельзя дома сидеть.

– Тем более надо с ним связаться. Он не последний человек в Моссовете, может, как-то обеспечит, чтобы за дочерью проследили.

– Хорошо, – объявил Опалин, – ты звони ему, а я пойду присмотрю за Лизой.

– Опять ты в своем репертуаре, – сказал Петрович после паузы. – Опять все делаешь по-своему, никого не слушаешь. То на Ярцева с голыми руками лезешь…

– И с гранатой, – напомнил Иван, вздернув подбородок.

– Ну хоть до этого ты додумался.