Судоплатов. 1920 год

Я добавил — Главное, что бы на экзаменах герои гражданской не напирали на экзаменаторов своим революционным авторитетом и не грозили оружием за неуды. Обучение должно быть не ради Диплома любым путем, а для получения необходимых знаний.

Фрунзе хмыкнул — Очень трудно объяснить краскомам полезность дальнейшего обучения. Но у генерала Снесарева получить свидетельство о окончании академии просто так не получится!

Я припомнил боевого генерала, не снявшего царскую генеральскую форму и награды и кивнул — Да уж, у Андрея Евгеньевича не забалуешь!

Колчак и его помощники после массовых переходов белых войск на сторону красных, которые объявили продление амнистии для всех оставшихся офицеров и солдат, воюющих против советской власти, рассматривали варианты дальнейших действий. Был выдвинут план ухода в Монголию, к границе с которой вёл от Нижнеудинска старый тракт длиной в 250 вёрст. Конечно, адмирала должны были преследовать. Но у него был конвой численностью более 500 солдат и 60 офицеров, с которым преследования можно было не опасаться. Колчак загорелся этим планом, напоминавшим походы его молодости. Адмирал надеялся на верность своих солдат и офицеров. Собрав конвой, он, вызвав на откровенный разговор и предварительно предоставив бойцам свободу выбора сообщил, что не едет в Иркутск, а остаётся временно в Нижнеудинске, предложил остаться с ним всем тем, кто готов разделить его судьбу. И только после этого освобождённые от обязательств солдаты, воспользовавшись предоставленной свободой действий, покинули адмирала. К утру из 500 человек осталось с ним лишь десятеро. Офицеры остались, но высказались за уход поодиночке и принятие адмиралом предложение чехов как лучший вариант. На вопрос Колчака «Что же, вы бросаете меня?», старший офицер ответил: «Никак нет, Ваше Высокопревосходительство, если Вы прикажете, мы пойдём». После этого, поняв, что в успех офицеры не верят, адмирал распустил их своим распоряжением.

Колчак мало верил союзникам, чувствуя по их поведению, что будет предан и ими, но после долгих колебаний всё же решил положиться на них. Он занял купе в пассажирском вагоне второго класса, декорированном флагами Великобритании, США, Франции, Японии и Чехословакии. Генерал Жанен получил от высоких комиссаров письменную инструкцию обеспечить, если окажется возможным, безопасное следование Колчака туда, куда он захочет. Фраза «если окажется возможным» была включена в инструкцию по настоянию Жанена. Вслед за вагоном Колчака шёл «золотой эшелон», переданный под чешскую охрану. В январе Колчак прибыл в Иркутск. По прибытии вагон Колчака был оцеплен плотным кольцом охраны. Адмиралу стало известно, что накануне город покинули все союзные миссии.