Победителей не судят

Это наши товарищи, выпущенные спецназом из разных мест заключения, в том числе и из подвалов ужасной штаб-квартиры Dirección General de Seguridad (государственной безопасности), и это их родные так радостно встречают нас на мадридских улицах.

Сам Франко, за несколько часов до захвата Барахоса вылетевший с него на юг вместе с главнокомандующим франкистской армии генералом Варелой, уже тоже мертв, и генерал Варела вместе с ним. Их «юнкерс-52» был настигнут советскими истребителями неподалеку от городка Сьюдад Реаль и был сбит после нескольких попыток развернуть его на обратный курс. Это уже то ли второй, то ли третий случай, когда мятежные генералы гибнут в авиакатастрофах.

И последнее. Да, я старший лейтенант ОСНАЗ Рубен Руис-Ибаррури, прошел все необходимые для получения этого звания тренировки в полевых лагерях, которые расположены в иных временах, а также осведомлен о том, что в разгроме нацизма и уничтожении режима Франко нам помогали русские из начала XXI века. Я знаю все, что должно было случиться, не приди они к нам на помощь; но тем больше моя радость, ибо я стал участником того, что вообще считалось невозможным… И еще. Я никогда и никому не раскрою эту тайну, даже родной матери (которую товарищ Сталин назначил руководителем Временного Республиканского Правительства Испании), ибо давал подписку о неразглашении, а она свята, как и любая клятва.

После того как рухнула советская власть, в буржуазной России на официальном уровне перестали отмечать годовщины Октябрьской революции, а Первомай стал личным делом каждого отдельного трудящегося, решающего, праздновать ему в этот день или поехать на дачу сажать картошку. Теперь главным и единственным государственным праздником в сознании народа остался только день 9-е мая – праздник Победы над фашистской Германией. А кульминацией и квинтэссенцией этого праздника стал военный парад на Красной площади с чеканящими шаг коробками прославленных полков, и с лязгающим грохотом проходящей бронетехники. Единственно, что царапало глаз при просмотре записей предыдущих парадов (в том числе и юбилейного, на семьдесят лет Победы) это то, что над полками развевались знамена царского, а не советского образца.

Правда, меня заверили, что советские боевые знамена, овеянные славой былых сражений, тоже никуда не делись, а просто сданы на хранение в Музей Вооруженных сил. В любой момент, как только на то будет политическая воля, они могут быть извлечены оттуда и возвращены в боевые части и соединения теперь уже Российской армии. Впрочем, к самой этой армии, ее солдатам, офицерам и генералам у меня нареканий нет. Добровольческий экспедиционный корпус дрался с гитлеровцами доблестно и умело, покрыв себя в ходе Приграничного сражения неувядаемой боевой славой.