Мужчина моей судьбы

Жена кузена? Недолгое увлечение, что по прихоти скучающего нелюдя переросло в мимолетную страсть? Бесценная хэленни, которую надо оберегать от нежелательных претендентов, и отдать тому, на кого укажет его величество?

— Нет!

Меня резко встряхнули. Побелевшие пальцы грубо впились в кожу, причиняя боль.

— Отпусти.

Передернула плечами.

— Куда? — прищурился герцог. — К Дарену?

— А чем он плох? Маркиз Леро назван в числе других, угодных королю женихов. Почему бы мне не подчиниться воле монарха и не выбрать одобренного им мужа? Я ведь такая непостоянная. А Дарен красив, умен, настойчив. С ним интересно, и он не скрывает, что я ему нравлюсь.

Стукнула Рэма по груди, отталкивая. Лучше бы я этого не делала. Ощущение напряженного разгоряченного тела под ладонями ошеломило. Саллер дрожал — и эта дрожь тут же передалась мне.

— Никогда, слышишь?!

Молниеносный рывок — и наши лица почти соприкоснулись.

— Никогда!..

Глаза его казались сейчас чернее ночи — два темных провала в бездну. По шраму, оставляя за собой сверкающую борозду, зазмеились яркие мерцающие искры. Это последнее, что я увидела, прежде чем герцог наклонился и припал к моим губам жестким, собственническим поцелуем.

Невольно потянулась к нему, приникая теснее. Это движение будто подстегнуло Саллера. Его ладонь тут же легла мне на затылок, крепко стиснула волосы, удерживая, не позволяя отстраниться, и поцелуй стал, еще более жадным. Голодным. Свободная рука скользнула по спине вниз, рвано лаская бедра, сминая в кулаке ткань платья… Сжала ягодицы и нетерпеливо потянула вперед, чтобы я могла почувствовать всю силу желания мужчины.

Кровь в моих жилах мгновенно вскипела, пульс гулким колоколом ударил в виски. Я тихо застонала, обвивая шею Рэма руками, и… поцелуй прервался.

— Почему Дарен, Мири?

Дарен?.. Какой Дарен?.. Кто такой вообще этот Дарен?..

Я протестующе зашипела. А хриплый мужской шепот продолжал терзать слух, обжигая, возбуждая.

— Чем он лучше?

— Ты сам меня бросил…

Я почти не понимала, что говорю, увлеченно распутывая шнуровку на его груди. Тонкая ткань рубашки раздражала неимоверно. Еще немного… чуть-чуть… несколько движений — и я, наконец, смогу пробежаться пальцами по гладкой коже.

Глухой стон, похожий на рычание, — и мой висок опалило горячее дыхание:

— Я готов был отказаться от тебя ради Трэя, но Дарену я тебя не отдам. Даже не надейся.

— Не отдавай… — выгнулась, подставляя шею настойчивым губам. — Ни за что не отдавай.

Боже, как же долго я ждала этих слов. И его ждала. Невероятно долго."

"Сейчас ничто не смогло бы оторвать меня от Рэма, даже нарастающий за стеной шум… Топот множества шагов… Невнятные звуки… Кажется, там что-то обсуждали, сердито повторяли одно и то же. Я узнала голоса Петьки и Дильфора, настойчивый бас Вильма.