Ключи судьбы

Беспрепятственно отверзаются для нее врата небесные. Как если царица входит в дом свой, никто из стражей у дверей не смеет спрашивать, кто она, но всякий немедля ее с почтением принимает, – так бывает и с милостыней. Поистине она есть царица, делающая людей подобными Богу…

Слушая это, Малуша так живо видела царицу, в блеске цветного платья и дорогих уборов входящую в дом, – разумеется, царица эта была точь-в-точь как Эльга. Украдкой посматривая на госпожу, Малуша видела, что княгиня слегка улыбается, словно этой ей воздавали хвалу.

– Милостыня легка и быстролетна, имеет крылья золотые и полет, услаждающий ангелов. Подающий милостыню станет как голубица, чьи крылья серебром покрыты, а перья чистым золотом. Летает она, как голубь, золотой и живой, с кротким оком и взглядом нежным. Ничего нет прекраснее этого ока…

От красоты этих речей теснило в груди и на глаза просились слезы. Малуша так и видела перед собой эту голубицу – с серебряными крыльями и золотыми перьями, с нежным взглядом кротких очей. Пальцы с костяной иглой замирали и вместо шерстяной пряжи ощущали мягкость теплого птичьего тельца. В эти мгновения все существо ее прониклось знанием, как прекрасна милость Божия.

– Она есть дева с золотыми крыльями, разукрашенная и имеющая лицо белое и кроткое; предстоит она престолу царскому. Когда подвергаемся мы суду, она прилетает внезапно, является и осеняет своими крыльями, от кары избавляя. Богу она угодна более жертвы…

А при словах о деве с золотыми крыльями Малуше невольно представлялась она сама – стоящая перед «царским престолом», в котором она видела сразу и беломраморный стол Эльги, и золотой престол Божий. Конечно, стоять перед Божьм престолом важнее, но то, что в мире земном она всякий день стоит перед престолом княгини киевской, тоже очень хорошо.

Всякий раз челядь несла за госпожой большие короба и по выходе из церкви раздавала беднякам хлебы: в первую очередь тем, кто был на службе. Малуша тоже раздавала. В Киеве уже развелось немало бродяг – на них дикими глазами смотрели приезжие из родовых весей, где даже сироты и вдовы не оставались одиноки. Кто их разберет, откуда они брались – будто мусор, сметаемый метлой судьбы со всех углов державы. Беглые холопы, сироты из сгинувших родов, из разоренных войнами краев пробирались в стольный город, надеясь найти здесь кусок хлеба. Перебивались разными работами, а по неделям тянулись к церкви. Охотно слушали доброго отца Ригора и так же охотно соглашались окреститься. Утратившим род и оставшимся без помощи чуров нечего было ждать добра от старых богов, и сироты охотно меняли их на Христа, что обещал любить и заботиться о каждом. Помощь впрямь приходила – из рук княгини."

"Поначалу Малуша боялась бродяг.