Покоренная судьбой

— У тебя новый шрам! — воскликнула

Крессида, входя в комнату в сексуальном белом пеньюаре. Ее волосы были уложены, и она была на каблуках.

Я проследил за ее взглядом до ножевой раны, которая все еще была нежной, но уже не перевязанной.

Ничего не говоря, я натянул свои брюки. Я не видел причин для того, чтобы рассказывать о события в Лас-Вегасе Крессиде. Проявление слабости в присутствии жены казалось мне плохой идеей.

— Что ты делаешь? — спросила

Крессида, смутившись.

— Одеваюсь. У меня дела.

Ее глаза расширились от недоумения.

— Это наша брачная ночь!

Я надел рубашку и поднял бровь.

— Я никогда не хотел этого брака. Я говорил тебе, чего ожидать, если ты выйдешь за меня. Это брак на бумаге. Не жди никакой эмоциональной привязанности .

— Мы должны заключить наш брак. Это традиция! — Ее голос становился все более пронзительным. Я вышел в коридор, но она бросилась за мной.

— Мы консумировали ее заранее. Этого достаточно — сказал я. У меня не было ни малейшего желания прикасаться к ней прямо сейчас.

Спустившись в оружейную, я захватил две кобуры для пистолетов, а также свои любимые ножи и пистолеты.

Крессида догнала меня. Каблуки явно замедляли ее движение. Она осмотрела мой наряд.

— Муж должен трахать свою жену!

— Может быть, я сделаю это, когда вернусь утром.

Я взял ключи от машины и направился в вестибюль. Крессида издала разъяренный вопль, и один из ее каблуков ударил по зеркалу рядом с моей головой, отчего оно раскололось.

— Тебе повезло, что у меня сейчас нет времени на твои бредни — прорычал я и ушел.

Сегодня не прольется кровь девственниц, только кровь Фальконе.

Я надела пижаму, но не могла уснуть. Мои мысли крутились вокруг Амо. Теперь он будет делить свою брачную ночь с Крессидой.

Я целую неделю умоляла папу разрешить мне присутствовать на этой свадьбе, утверждая, что мне нужно увидеть свадьбу Амо, чтобы закрыть эту главу моей жизни. Нужно смотреть в лицо своим страхам — так всегда говорил папа, и я это тоже усвоила. Теперь я не была уверена, что это улучшило мое эмоциональное состояние. Определенно не было ощущения, что глава закрыта.

Но, возможно, мое присутствие показало нашу добрую волю к сохранению мира, который казался таким ужасно хрупким.

Невио был в ярости, но папа настоял на том, чтобы он остался в Вегасе. Если бы он приехал, это только разрушило бы то, что осталось от нашего перемирия. Его гнев был очень сильным, и я все еще боялась, что он наделает глупостей. Хотя Невио уважал отца, его буйный характер часто заставлял его забывать о разуме и приказах отца.

Я погладила палец, на котором должно было быть кольцо, если бы я приняла предложение Амо.