Вопреки судьбе, или В другой мир за счастьем (СИ)

расхохоталась!

— Вот, как знала, что жила не одна! Но что компанию мне составлял червяк — не догадывалась!

Глядя на довольные мордашки детей, сердиться и правда не получалось, но я все же сделала строгое лицо и сказала:

— Вы, конечно, молодцы, что поймали этого нелегала, но теперь будьте добры убрать беспорядок и позаботиться о цветке!

— Мама, а можно мы поселим Нелегала у нас в комнате?

— Ну, Нелегала! Ты такое интересное имя ему придумала, — и потрясла червяком, которого Ноэль так и не смог отобрать.

Теперь хохотала уже я. Но Нелегала оставить в доме все же не разрешила, и дети чинно вынесли его на улицу.

— Ничего, завтра я тебя найду, — пообещала Лея напоследок несчастному, и мне показалось, что он в прямом смысле слова будет всю ночь носом землю рыть, но уберется подальше от этого дома.

Еще день я дала себя на отдых и привыкание. Давно не чувствовала себя так спокойно и благостно. А еще я без конца любовалась картинами, которые были развешаны по всему дому, и занималась детьми.

Тогда же у меня состоялась важная беседа с госпожой Ловель.

— Я не знаю с чего начать, — поделилась своими переживаниями насчет поиска работы, помогая ей полоть клумбу перед домом. — Денег осталось совсем немного, а куда здесь можно устроиться — не представляю.

— Ну. — растерялась я. Действительно, что я умею? — Могу убирать, стирать, готовить.

— дальше мой мозг забуксовал.

— Н-да. — протянула она. — В прачки я тебе идти не советую — угробишь здоровье. В горничные и поварихи тебя сейчас точно не возьмут. Вот родишь, тогда видно будет. Да и вообще не представляю, куда тебе, беременной, приткнуться можно, — она привычным жестом потерла пальцем над бровью.

— Постойте, вы испачкались, дайте я вытру, — отряхнула руки, достала платок и стерла полоску грязи с лица женщины.

— Спасибо, милая. А писать или читать умеешь? Хотя что это я, откуда в деревне...

— Умею! — тут же откликнулась я с надеждой. Что-то я совсем забыла, что здесь это ценится. Привыкла, что в моем мире читать и писать может каждый, вот и не рассматривала это, как свой актив.

Госпожа Ловель в удивлении вздернула бровь:

— Это в какой же дереве нынче такому учат?

Вот тут мне и пришлось поведать старушке о своих злоключениях и якобы отшибленной памяти.

— Погоди, Аника, — остановила она меня сразу же, как я рассказала ей о том, как очнулась на берегу близ деревни. — Пошли в дом. Такие истории нужно слушать под чашку чая.

Мы еще долго беседовали, я рассказала ей почти все: и что заново изучаю мир вокруг, и что до сих пор путаюсь в самых элементарных вещах, и о Лианем, и почему уехала из деревни, и как чуть не осталась с купцом, но побоялась пирата и его преследований, и как начался поиск жилья в Бравеле. Только об Этьене не рассказала — эти воспоминания оказались очень личными.