Судьба всегда звонит дважды

Особенно, если ты не понимаешь, за что тебе такое счастье. Особенно, если понимаешь, чего это стоило тому, кто тебе помогает. Особенно, если тебе самому нечем, совершенно нечем отблагодарить в ответ.

 На его небрежный вопрос о том, где она живет, Маша ответила - в пансионе. Угу. Столько времени снимать комнату в пансионе. В Париже это в любом случае недешево. А ведь ей надо на что-то жить - кушать, ездить в метро. Покупать ему всякие смешные подарки-безделушки, черт подери!

 Он решился и прямо спросил ее об источнике средств к существованию. Видно было, что тема разговора Маше не особо приятна, но ответила без колебаний. Так, значит у Машки состоятельный папаша. Который и оплачивает, по сути, всю эту благотворительность. Сложившаяся ситуация Басу не нравилось ужасно, но отказаться от Машиного общества он не мог. Пока не мог.

 ______________________

 - Машка, дай мне костыли!

 - Я удобнее, чем костыли. Мягче.

 - Я тебя уроню к черту! И мы грохнемся оба!

 - Не льсти себе, ты тощий и вряд ли уронишь меня.

 - Давай руку и вставай.

 У него почему-то совершенно не получается спорить с ней.

 _____________________

 - Ну что, как успехи, капитан "Деревянная нога"?

 - Я сам дошел до лестницы и обратно!

 - Отличный результат! Держи, заработал.

 - Вообще-то, вторая бутылка мне. Я думала, ты захочешь со мной отметить свой успех.

 ____________________

 Его выписывают. Наконец-то. Спустя все эти месяцы, за которые больница стала ему то ли вторым домом, то ли тюрьмой - непонятно, он может уйти отсюда. Причем именно - уйти. На своих ногах. Да, хромая, и больно, но до машины он дойдет. Это дело чести.

 У него есть еще одно дело. Только вот язык не поворачивается назвать его делом чести. Да и делом это назвать нельзя. По сути - одно огромное и нереально противоречивое чувство под названием: "Что делать с Машей?".

 Да, благодарность может стать тяжким грузом. Он действительно не понимал, чем заслужил такое. В те первые недели он принимал Машину помощь, общество, внимание, как само собой разумеющееся. Он нуждался в ней и брал, не раздумывая. А теперь, теперь, когда собственные насущные проблемы, страхи и неуверенность слегка отступили. Когда он смог посмотреть на ситуацию здраво. И со стороны Маши. Он просто забрал у нее несколько месяцев жизни! И чем он может это компенсировать? Как отблагодарить?

 Да никак. Во-первых, то, что сделала для него Маша, трудно как-то соизмерить. Хоть с чем-то сопоставить. Непонятно, с чего и зачем, но переоценить ее помощь невозможно. А во-вторых, что может он? Едва ходит, и сам еще во многом нуждается в помощи. Но не может же он бесконечно использовать ее! Ничего не давая взамен. Сейчас это казалось адски важным - такое явное неравноправие в их отношениях, их такой несоизмеримый вклад в них. И он не должен, не имеет права....