Судьба непринятой пройдет

Увидел словно вживую его покрасневшее от натуги лицо, вздувшиеся жилы на шее – орущего на пределе возможностей своих голосовых связок:

– Юг!!! Твою мать, чини его, как хочешь… – и закрученная матерная конструкция, – шамань, хоть молитвой, хоть чудом каким, так его разэтак… но заведи этот чертов мотор!!! Если мы через десять минут не свалим с этого курорта на хрен, то всем нам настанет полный и окончательный кабздец!!!

Невозможно починить двигатель БТР в боевых условиях, тем более когда его «повело» конкретно и ты башкой вниз, через почти заклинившие от удара люки к двигателю, а жопой и ногами в салоне, наполненном черной гарью, ни хрена не видя вообще, исключительно на ощупь – нет, невозможно, хоть ты наизнанку вывернись!

Они шли первыми в колонне, и, по классическим законам засады, их машину первой и подорвали, останавливая движение и «запирая» движение. Ну почти подорвали – в самый последний момент Югров не то что-то почувствовал, не то… хрен знает, что не то! Может, чуйка заорала, может, зацепил взгляд часть настила дороги, чем-то отличающийся от основного покрытия, но в какой-то момент он вдруг резко кинул БТР вбок и затормозил, собираясь дать задний ход. Но не успел, краем левого колеса таки задев заложенный фугас, сдетонировавший даже от этого небольшого воздействия. Но, сука, эта его чуйка или шаманство какое и бог его знает, что еще, спасло всех, находившихся в машине.

И не в первый раз.

«Прилетело», конечно, каждому не слабо: кого контузило, кого побило: синяки-ушибы, сам он так левой стороной морды приложился, аж искры из глаз посыпали.

Игорь потом так и не смог вспомнить, что он тогда делал с двигателем своего бэтээра, что он там соединял-крутил-колотил дрожащими, заскорузлыми от засохшей крови, еле гнущимися пальцами, исправлял и прилаживал под свистом снарядов, пуль и грохотом взрывов идущего боя, но мотор он завел каким-то, едрить его, чудом…

– Давай, давай, Игореха!!! – все так же надрывая осипшее окончательно горло, орал Леха, не забывая прицельно постреливать по «чехам». – Вывози нас, Юг, на хрен отсюда всех!!!

И он вывез. Завел-таки двигатель и сдвинул свою машину, раскорячившуюся на повороте, открывая путь застрявшей колонне, вступившей в бой.

Знамо дело, что через пару-тройку километров БТР встал, теперь уж наглухо, но его подцепили на буксир, да так и дотащили до места базирования. А когда механики-ремонтники посмотрели-продиагностировали мотор, то вынесли однозначный вердикт: с такими повреждениями ехать машина не могла. И точка.

Не могла, он и сам знал, что не могла, но ведь поехала.

Югров тогда был чуть постарше этого голубоглазого веснушчатого щегла, что покопался в экспериментальном секретном блоке, года на два, потому что попал в армию в девятнадцать лет.