Обреченная невеста. Чужая судьба (СИ)

Как трактовать изображение я не знала, но и просто отставить чашку не получалось. Нечёткие разводы на её стенках притягивали взгляд и крылья подсказывали, что лучше прислушаться к предупреждению.

– Альена, я не настаиваю на откровениях и не прошу затрагивать неприятные темы, – ответил Вольгард, отвлекая меня от незамысловатого гадания. – Если хочешь, можем молча прогуляться, но я не лукавил говоря, что хочу узнать о тебе больше и лучше понять.

– Мне тоже хочется получше узнать тебя, – робко улыбнулась, – но боюсь спросить что-нибудь не то и…

– Зря, – дракон неожиданно рассмеялся, – прошлое у меня, конечно, бурное и насыщенное, но я ни о чём не жалею.

– Даже о том, что стал наёмником? – не удержалась. – Это ведь так опасно…

– Моя мать была светлым паладином и Верховным судьёй империи драконов, а отец – командором Огненной стражи. Нянек мне заменили солдаты из его штаба, а любимой игрушкой был дубовый меч и воинский шлем, который в шутку связала бабушка, – на губах дракона расцвела тёплая улыбка.

Он дорожил этими воспоминаниями, и я невольно улыбнулась в ответ, представив маленького Вольгарда в вязанном шлеме с игрушечным мечом в руках. Это было мило, хоть и совершенно не вязалось с образом сурового наёмника. Но больше поразило, с какой нежностью он говорил о близких.

– Бабушка у меня командовала отрядом Карателей, сражавшихся с Тенями Сумеречного мира, – продолжила дракон, – даже игрушечный шлем она украсила мощнейшими защитными рунами, и когда вырос, всё равно долгое время носил его с собой в кольце-хранилище в качестве оберега.

– А он…

– Пропал много лет назад во время сражения в одном из миров, – ответил Вольгард, – из вещей, напоминавших о родных местах, уже ничего не осталось, но вернуться я никогда не хотел.

– Почему? – удивилась, и тут же прикусила язык. – Прости, если слишком личное…

– Нет, не слишком. И это не связано со страшной трагедией или невосполнимой потерей, – заверил меня Вольгард, – просто я с детства понимал, что не чувствую себя в этом мире. Меня манили иные горизонты, и семья чувствовала это. В двенадцать лет бабушка отвела меня к Оракулу, и та подтвердила, что свою судьбу я найду в иных мирах, а в родном – загублю себя и никогда не обрету счастья.

– А твои родители? Как они отреагировали? – любопытство взяло верх, а вместе с ним пришла и смелость. Больше не боялась задавать вопросы и хотела узнать о Вольгарде как можно больше."

"– Семья сразу приняла мой выбор, – продолжил дракон, – бабушка и мама знали по себе, каково идти к мечте, когда против тебя древние законы и вся империя. Они не желали мне такой доли. А отец признался, что и сам не раз сбегал из родного мира, хоть и всегда возвращался. Знал, что его судьба именно там.