Судьба непринятой пройдет

– К тому же тебя практически не бывает дома, ты не задаешь вопросов и смотришь сквозь пальцы на то, о чем сам только что упомянул: на отпуска, которые мы проводим порознь, на выходные порознь, на то, где и с кем я их провожу. Но главное не в этом, а в том, что я могу тебе доверять. При всех твоих недостатках, Югров, и порой просто какой-то тупости житейской и пофигизме, поражающих меня, в тебе есть охренительное, редкое качество: ты по-настоящему преданный человек. И ты близкий мне человек.

Югров слушал и смотрел на нее с большим познавательным интересом, осознав, что она, пожалуй, впервые до такой степени откровенна с ним. И неожиданно он испытал прямо-таки инсайт какой-то, словно открылось ему каким-то просветленным видением то, что он давно не замечал замыленным, привычным восприятием: Галя ведь на самом деле молодая, очень интересная и привлекательная, стильная, ухоженная, элегантная женщина, да еще наделенная повышенной врожденной сексуальностью. А вдобавок занимающая весьма высокий административный пост в этом городе, имеющая в самой Москве богатых, облеченных властью родственников.

Это же не просто лакомый кусок, это джекпот для любого мужика, главный приз, выигрышный билет. И вот сто пудов, к гадалке не ходить, что за Галку идут настоящие бои без правил среди самых крутых бизнесменов и чиновников этого города, и никакой муж всерьез не воспринимается ими как препятствие. Это даже смешно – какой-то там начальник отдела на заводе. Пустое место, ноль для людей богатых и властных. И совершенно естественно, что при таком раскладе она имеет какого-нибудь высокопоставленного любовника. А он, Югров, идиот. Почему он никогда об этом не задумывался?

– Отлично, – подвел Игорь итог ее откровениям и своим озарениям, а заодно дал оценку ее речи, и поблагодарил: – Спасибо, Галка, за откровенность. Пошел я спать.

И двинулся к выходу из комнаты.

– Я не дам. Тебе. Развод, – повторила она, выделив голосом каждое слово.

– Да на хрен я тебе сдался, Галк, – устало отмахнулся Югров, остановившись и повернувшись к ней. – Уж кому, как не тебе, отлично известно, что ни от твоих родственников, ни от кого-то другого я не приму никакой помощи и протежирования, что меня мало занимают и не привлекают ни власть, ни бизнес, ни большие деньги, это абсолютно не моя история. А если бы даже интересовали, то со всеми своими целями и устремлениями я справляюсь сам, поскольку свою жизнь и карьеру строю исключительно самостоятельно и по жизни не одалживаюсь. Ты же всегда это знала, – улыбнулся он и пожелал искренне: – Тебе давно пора обзавестись по-настоящему крутым мужем, со связями и делами, более понятными и нужными тебе, одного уровня и порядка с тобой.