Судьба горца

Она даже не предполагала, что вообще может быть настолько переполнена злобой и ненавистью. Тоненький внутренний голосок настойчиво твердил, что это животное просто не заслуживает столь сильных чувств и что единственным человеком, который пострадает от противостояния с Битоном, будет она сама, но Мэлди не желала прислушиваться к голосу рассудка. Такая сильная ярость и явная ожесточенность мыслей тревожили и ошеломляли, но ничуть не привносили покоя в смятенную душу. Мать хотела, чтобы обидчик просто исчез с лица земли, а вот сама Мэлди – чтобы перед смертью он испытал все муки ада.

– Это слова развратника, думающего лишь тем, что между ногами. Из-за скудоумия таких глупцов обычно ожидает печальная участь.

Калум шагнул было к ней с намерением ударить, но Битон резким движением руки остановил его.

– Ты явилась просить денег? Надеялась набить свой тощий кошелек звонкой монетой просто потому, что нас связывают узы крови?

– Да я не прикоснулась бы к твоим поганым деньгам, даже если бы от меня остались только кожа да кости, а чтобы не подохнуть с голоду пришлось бы ползать на брюхе по сточным канавам в надежде отыскать хоть какую-нибудь еду. Да в твоих сундуках просто не найдется столько денег, чтобы расплатиться за все твои преступления.

– О, тут ты ошибаешься. Их у меня предостаточно. Имея деньги, можно решить большинство проблем и преодолеть любые преграды.

– Только не в этот раз.

– Нет? А вот твоя мать была более чем рада принять от меня деньги, впрочем, как и большинство шлюх.

– Моя мать не была шлюхой, когда ты вознамерился соблазнить ее, глупышку, вдали от семьи. Ты просто погубил ее. Ты лгал, манил пустыми обещаниями, которые и не думал выполнять, а потом бросил ее, обесчещенную и без единого пенни в кармане, когда она не сумела родить сына, которого ты так жаждал.

Битон покачал головой. Мэлди подумала, что ему не следовало этого делать, поскольку от резкого движения остатки седых свалявшихся волос взметнулись вверх, а затем опали в беспорядке, прилипая к поврежденной коже головы самым уродливым образом. Мэлди была едва ли не рада видеть, насколько безобразным он теперь выглядел. Более того, она считала это справедливым возмездием за все его грехи, да к тому же болезнь помогала девушке держаться отстраненно, воспринимая Битона не как родного отца, а просто как больного старика. Ведь за исключением мерзкого нрава стоящий перед ней человек уже давно не напоминал того мужчину, которого так часто описывала ей мать, того интересного мужчину, в которого Маргарет Киркэлди когда-то влюбилась, поступившись своей честью.

– О, боюсь, мне придется открыть тебе довольно неприглядную истину, девушка, - сказал вдруг мужчина.