Судьба дракона, или навязанная истинная

Ягоды раздавились ещё больше.

— Да чтоб тебя! — воскликнула я расстроенно. — Чтоб тебя демоны в бездну утащили! — буркнула под нос, представляя орка.

Издалека послышался незнакомый низкий смех. Полный веселья. Наверняка, он принадлежал этому страшилищу.

— Келлия Оринис, ты, вроде, решила ступить на путь взросления, — сухо заметил Алфи, с укором уставившись на меня сверху вниз.

— Из-за этого дурака я раздавила все ягоды! — пожаловалась я, показывая брату причину своего раздражения.

— Леди так не ругаются, Кел, — вздохнул Алфи.

— Очень жаль, — пробурчала я.

— Кел! — строго нахмурил он брови.

— Ну все! Не буду больше ругаться.

Мы пошли дальше, в крыло Илисов. А я задумалась о словах пленного.

В нашей семье я считалась папиной копией — каштановолосой, со светло-карими глазами, а Алфи и Киан были мамиными — светловолосыми и светлоглазыми. Орк сказал, что я напоминаю ему императрицу Ритании, и я вспомнила небольшой портрет прекрасной Нелии Мэлвис, в девичестве Оринис, который висел в папином кабинете. Рядом с ней, конечно, стоял наш император.

Императрица Ритании была тоже каштановолосой, а радужка глаз у нее имела редкий янтарный цвет. Как у меня и папы. Нелия Мэлвис считалась в Ритании изумительной красавицей. Неужели я тоже такая же красивая?!

— Интересно, зачем ты понадобилась пленному на допросе? — вдруг рядом со мной задумчиво пробормотал Алфи и с беспокойством взглянул на меня.

Я промолчала. Но, вспоминая молодого орка, его странные слова и поведение, сейчас я почти была уверена, что он просто... развлекался. От нечего делать решил достать Алфи и немного попугать меня.

Наверное, парню просто скучно было в темнице. Мою версию подтверждал его веселый юношеский смех. Совсем не злой, кстати. А довольный.

Глава 6.

/Брен Илис/

Горничная заглянула в мою спальню и доложила, что пришли господа Алфи и Келлия Оринис. Я встретил удивленный взгляд мамы и не смог сдержать довольную улыбку от уха до уха.

По маминому лицу пробежало странное выражение. Смесь сдержанной радости, робкой надежды, непонятного сомнения и... решимости. Стало интересно, что все это значило?

Мама  встала со стула, на котором до этого сидела рядом с моей кроватью, и вышла к Оринисам.  Дверь в мою спальню оставила открытой.

Когда мы переехали из столицы в эту крепость на краю света, комнаты, в которые мы с братьями заселились, показались нам невероятно маленькими. В нашем роскошном дворце в столице Ритании мы жили в совсем других покоях.

Мама решила перестроить комнаты так, чтобы из одного помещения получилось два: спальня и гостиная. Тогда я возмущался, так как обе комнаты оказалась совсем маленькими. И только теперь оценил то давнее решение.

Сейчас в гостиной мама принимала визитеров.