Суд неправых

– И ты не хочешь нас увидеть? – спросила она дрогнувшим голосом. Она с детьми жила на вилле своего отца недалеко от Рима. Это был самый большой секрет эксперта Дронго, о котором он никогда и никому не рассказывал.

– Хочу, – ответил он. – Если все будет нормально, сегодня приеду к вам.

– Мы будем тебя ждать.

– Спасибо, – пробормотал Дронго.

– Что случилось? – спросила Джил. – Ты никогда раньше не говорил, что летаешь иногда в Рим. А если прилетал по своим делам, то не считал нужным посвящать меня в эти тайны. С тобой что-то случилось?

– Да, – ответил Дронго, подумав, что есть пределы и его человеческим возможностям. – Я убил человека, застрелил его.

Джил молчала. Несколько секунд. Потом спросила:

– Почему? Почему ты его убил?

– Он пытался убить меня, но я выстрелил первым. – В этот день ему не хотелось лгать.

– И поэтому ты переживаешь? – заговорила она уже другим тоном. Женщины всегда более эмоциональны, но и более прагматичны. После обычной истерики они быстро успокаиваются. Поэтому им так сложно быть романтиками или искателями приключений. Это удел мужчин, способных сохранять в себе любознательность на протяжении долгого времени. Узнав, что он убил нападавшего, Джил сразу успокоилась. В конце концов, не произошло ничего страшного. Он поступил как нормальный мужчина, защищающий свою жизнь.

– Кто был этот человек – преступник, насильник или маньяк? – Она не сомневалась, что он не мог застрелить случайного человека. И тем более не виноватого в ужасных грехах.

– Профессиональный убийца.

– Значит, ты сделал правильно, избавив мир от такой гадины, – рассудительно произнесла Джил, – и не стоит из-за этого переживать. Ты меня слышишь? Приезжай к нам, мы будем тебя ждать. Только пообещай, что обязательно приедешь.

– Приеду, – сказал он.

На часах было уже четыре, они с Эдгаром снова прошли в банк, попросив о встрече со старшим помощником руководителя национального банка синьором Николо Кармесси. Дронго свободно говорил по-итальянски, его часто даже принимали за местного жителя.

Через несколько минут они сидели в большом кабинете синьора Кармесси. Он был раз в пять больше кабинета помощника руководителя национального банка Германии. У каждой страны свои традиции и свои приоритеты.

Кармесси оказался мужчиной лет сорока, с почти седой головой, благообразной улыбкой, демонстрирующей все его отбеленные зубы. Он был одет в серый костюм в крупную полоску. Розовый галстук и нагрудный платок такого же цвета, торчавший из кармана, дополняли этот портрет."

"– Мне звонил профессор Лоусон, – любезно сообщил Кармесси, – и просил вас принять. Кажется, вас называют синьором Дронго? Очень интересная кличка, я специально смотрел в энциклопедии. Но это не так важно.