Стыдные подвиги

Можно, конечно, было представиться не студентом, а плотником-бетонщиком второго разряда (так записано в трудовой книжке) или, например, такелажником-стропальщиком, но я давно скрывал свою профессию. Почему-то никто не верил, когда я рекомендовался плотником-бетонщиком. Смеялись и даже обижались всерьез.

Видели б вы мою опалубку, мою обвязку, трогали бы вы сырую монолитную стену в тот момент, когда с нее едва содрали деревянные щиты! Это не смешно. Это, черт возьми, очень серьезно.

На перегоне Реутово-Новогиреево я сказал, что назвать кота Томом можно в честь Тома Круза или на худой конец Тома Беренджера, — и вышел, поимев на прощание благодарно-заинтересованный взгляд.

В тот же день, уже вечером — мягким, белым — приобрел розу, одну; попросил продавщицу вдвое укоротить стебель. Сунул аленький цветочек под куртку. Микки не дурак, он тоже не заваливал свою даму букетами — к чему купечество? Он дарил цветы в единичных экземплярах. Нормальный ход для фабричного города, где с букетом просто так по улице не пройдешь и на автобусе не проедешь — испепелят любопытными взглядами.

Пришел, вручил тут же, в прихожей, — невзначай просунул снизу вверх, в момент приветственного поцелуя, меж собственной грудью и ее.

— Ой, — сказала она испуганно, — у меня вазы нет.

— Ничего страшного. Я принесу тебе вазу. Я принесу тебе воду, чтоб налить в эту вазу. Я принесу стол, чтобы поставить вазу, и стулья, чтобы поставить вокруг стола.

Она посмотрела, как смотрели модистки на гвардейских офицеров сто лет назад.

— Хватит сказки рассказывать. Все равно ты на мне не женишься.

В комнате сел на диван. Кошка обнюхала мои ноги, подумала и ушла.

— Давай, — предложил скромно, — проживем до конца сегодняшний день. А потом будем думать про завтрашний…

— Не заговаривай мне зубы! Не хочешь жениться — так и скажи.

Ну, брат Микки? Что бы ты сделал теперь?

Вдруг понял: ни хрена. Он просто не оказался бы в такой ситуации. Он с самого начала управлял отношениями. Он вел, а женщина шла следом, обмирая от удовольствия.

Он взял ее и погрузил в себя, как лед погружают в стакан с виски.

Интересно, откуда я знаю, как погружают лед? Откуда мне известно, какие взгляды ловили на себе гвардейские офицеры сто лет назад? Насмотрелся фильмов? Начитался книг?

Хотел встать. Но Микки не встал бы, он презирал торжественность, он не делил время жизни на обыденность и праздник. Остался на диване — только сел прямее.

— Ты хорошая девушка. Ты мне нравишься. Но я никогда на тебе не женюсь.

Цвет ее лица изменился с обычного, светло-розового, кондитерского, на чистый красный. Изюмные губы приоткрылись и сжались.

Я приходил сюда уже четыре месяца и ни одной секунды не собирался на ней жениться.