Стыдные подвиги

Через пять лет мы снова встретились. Внешне Евгеша Строитель совсем не изменился, даже не пополнел. Платил зарплату четверым сварщикам и пятерым разнорабочим. Быстро подсчитав в уме, я понял, что все это время темпы восхождения оставались неизменными: один человек в год. А когда их стало девять, пришлось и прораба нанимать.

То есть, говорил Евгеша, наливая мне хорошего молдавского коньяку, если девять человек работают на десятого, то еще нужен одиннадцатый, который сам не работает, но контролирует и стережет.

Конечно, его внутренняя метаморфоза была очевидна: уверенный в себе, Евгеша то и дело выхватывал телефон и грубо материл собеседника — наверное, того самого прораба. Шутки насчет безволосой головы тоже стали другими. «А тебе, лысый, я телефон не скажу!» — процитировав эту фразу из рекламного ролика клиники «Real Trans Hair», Евгеша нетрезво хмыкнул и добавил, что люди из упомянутой клиники — жлобы; за пересадку волос просят сорок тысяч долларов.

Я задумался. Понимать бизнесменов надо уметь. Я умел. Евгешина фраза означала: 1. у него есть сорок тысяч долларов; 2. эти сорок тысяч — не последние, раз человек подумывает о пересадке волос; 3. Евгеша переживает насчет внешности, хочет нравиться женщинам, — заимел то есть вкус к жизни.

А вкус к жизни — о, это очень важно. Работаешь десять лет, проклиная себя и весь мир, учишься на ходу, суетишься, налаживаешь, считаешь и пересчитываешь, успокаиваешь недовольную жену, выкраиваешь на детей, жрешь раз в день какую-нибудь бесконечную курицу с макаронами, если есть курица, или макароны без курицы, и вдруг понимаешь, что — вот, победил, можно есть рыбу и стейки, и отдыхать по воскресеньям, и ходить в кино, и съездить в Арабские Эмираты. Приобрести костюм и галстук, помочь другу, дать тестю денег на операцию по удалению почечного камня, устроить дочь в художественную школу, — а впоследствии даже задуматься о пересадке волос с затылочной части на лобную.

Евгеша был в порядке. Показал фотографии с верблюдами и пирамидами. Звонко щелкнул недавно вставленными зубами.

База его — офис и двор, заваленный полосами и лоскутами металла, тавром, двутавром и прочими стальными полуфабрикатами, — располагалась в особенном месте, в парикмахерском училище; когда-то здесь получила диплом моя жена. Повсюду пахло лаком для волос, слышался смех и крики начинающих куаферов, бродили девочки с волосами, выкрашенными в цвета, несуществующие в природе.

Хитрый Евгеша бесплатно (или с большой скидкой) делал здесь ремонты, красил полы, вставлял стекла и в обмен имел в распоряжении обширную территорию на задах.

Прямо под окном его маленького кабинетика стояли в ряд три авто: новенькая японская малолитражка, огромный автокран и — третьим в ряду — тот самый грузовичок.