Стыдно не будет

Роман быстро облизывает губы, сглатывает и, отстранившись, говорит хрипло:

— Если тебе нужно руки помыть или в туалет, то пойдем вместе, — отводит глаза в сторону.

— Там точно безопасно? — поспешно натягиваю сапоги.

— Конечно, ты ведь меня впервые в жизни видишь, — вновь смеется, надевает пуховик и выходит из машины.

На улице темень, благодаря чему ни он, ни его друг не увидят моих пунцовых щек. Я — вовсе не скромница и не ханжа — в последний раз так часто краснела еще в школе. Потом был первый курс, первый поцелуй с Кириллом Сысоевым и отношения длиною в восемь лет. Несколько раз мы собирались пожениться, дважды подавали заявление в ЗАГС, но каждый раз в последний момент что-то мешало. Откладывали. А потом вроде как… и так нормально. Начали ссориться. Последние полтора года мы живем раздельно из-за работы: он не готов менять свою, чтобы жить со мной, а я не собираюсь уезжать из своего любимого города в эту дыру, даже ради него. Маме сразу не понравилась наша идея ненадолго разъехаться. «Нет ничего более постоянного, чем временное», — ругала она меня. Оказалось, мама предвидела будущее.

Я старалась чуть ли не каждые выходные мотаться к Сысоеву, но в последние месяцы встречи приносили больше ссор, чем радости. Оставляли на долгую рабочую неделю неприятный осадок в душе. Примерно с октября я начала ловить себя на мысли, что аккурат со среды уже подыскиваю предлоги, чтобы остаться в пятницу дома и убедить не приезжать его.

Сегодня утром мы так сильно повздорили, что я в расстроенных чувствах выбежала из квартиры, которую он снимает, села в машину и вдарила по газам. Ни кофе не взяла, ни родным не написала, что в пути. Поэтому никто из близких меня и не хватился. А Кирилл знал, что я в дороге одна на трассе, и… не спас. Вместо него это сделал Роман. Какой еще знак мне нужен? Все очевидно.

В этот момент раздается стук по стеклу, я вздрагиваю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ты идешь? — спрашивает Рома. Конечно! Поблизости ни одного отапливаемоготуалета, нельзя упускать столь заманчивой возможности.

Глава 4

В доме его друга я быстро переодеваюсь в свою одежду и дальше мы держим путь, сидя рядом. Зимой темнеет рано, за окном тайга, по ощущениям — так и вовсе наступила глубокая ночь, хоть глаз коли. Редко-редко блеснут фары встречной машины. Попутчик сосредоточен на дороге, а я совсем уже отогрелась, слушаю музыку, жую сдобные булочки, которыми нас щедро угостили, думаю о своем.

Он сказал, что таких красивых ни разу не видел. Улыбаюсь и повторяю жест — касаюсь пальцами губ.