Стыдно не будет

Демин заверил, что сестра у него хорошая, но совершенно не умеет выбирать мужчин. Сейчас вроде бы у нее все наладилось, и ей нравится жить на севере, везде есть плюсы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

После таких разговоров заниматься любовью не хочется, да мне еще и рано: я снова выпила обезболивающее перед сном, не стоило бы усугублять ситуацию. Около двух ночи мы засыпаем в одной кровати, под одним одеялом, обнимаясь. Он лежит на моей подушке, а я на его груди. Демин отрубается первым.

— Спокойной ночи, — прошептала я.

— Приятных снов, Яна, — пробормотал он. Закрыл глаза и через две секунды крепко спал.

Я еще некоторое время вдыхала аромат его кожи, не веря, что это происходит со мной на самом деле, — неделю назад я была уверена на сто процентов, что выйду замуж за Сысоева. Осторожно водила пальцами по его груди, кажется, нащупала довольно длинный шрам слева, немногим выше пупка, но светить телефоном и рассматривать не стала — завтра. Будет еще возможность. Тем более, кажется, наше общение начинает налаживаться. Помимо страсти появляется еще что-то, пока едва уловимое, но я чувствую и мне становится тепло-тепло на душе.

Глава 17

Мне приснился страшный сон: будто я замужем за Кириллом. Понимаю это и в панике ношусь по квартире, от досады заламываю руки и пытаюсь дозвониться до отца, сказать, что мне нужна помощь, что я не хочу жить с этим человеком, что больше не люблю его. Набираю снова и снова папин номер, но постоянно ошибаюсь в одной цифре. Это длится бесконечно, пока я не просыпаюсь окончательно. Вокруг темно, на часах всего пять утра. Рядом на спине мирно спит Демин, его присутствие действует на меня успокаивающе. Я все еще не замужем, по-прежнему в кровати с симпатичным дровосеком и совершенно не чувствую боли.

Принимаю душ, привожу себя в порядок, после чего возвращаюсь под одеяло все в той же шелковой ночной сорочке — одной из новых вещей, покупкой которых я сбрасывала стресс в воскресенье.

Укладываясь под одеяло, стараюсь действовать осторожно, чтобы не тревожить Рому, но он тянется к своему мобильному, проверяет время.

— Прости, что разбудила, — шепчу, — еще рано, спи.

— Не хочется. Доброе утро, — приподнимается на локте и улыбается.

— Доброе.

Мы смотрим друг на друга в тусклом свете мобильных. Только бы они не гасли, так бы и светили до утра, пожалуйста. В его глазах явственно читается голод, и я понимаю, что уже никуда не денусь. Сейчас что-то произойдет. Случится в любом случае. Я ведь сама хотела. Я чувствую так много разноплановых эмоций, что едва владею собой. Сердце начинает ускоренно биться, ощущаю его в груди, затем под горлом. Аж ладони потеют от волнения.