Без стыда

Мы остались наедине. В жестяной коробке, которая, казалось, замерла в пространстве.

На мгновение наши взгляды встретились, и я перестала дышать, ощущая только острую пульсирующую боль в висках. Он выглядел невыспавшимся. Всегда идеально выбритое лицо сегодня было покрыто легкой щетиной. Брови напряженно сдвинуты, образовывая неглубокие морщины на лбу и в верхней зоне носа. Выражение лица с натянутой маской безразличия и строгости придавало его чертам жесткости. Я почувствовала, как по позвоночнику пробежал колючий холодок, сковывающий движения.

– Нэйт… – его имя самовольно вырвалось изо рта и растворилось в тишине кабины.

– Мистер Фостер, – его бесстрастная поправка резанула по ушам. – Являясь сотрудником моей компании, Вам предстоит соблюдать субординацию.

Я замялась на полуслове. Взгляд метался от стенки к стенке, прогоняя подступающие слезы. В лифте резко стало не чем дышать.

«Кто сейчас стоит передо мной?».

– И с сегодняшнего дня по всем вопросам обращайтесь к своему непосредственному начальнику. Внимательнее ознакомьтесь с должностной инструкцией.

Лифт остановился, и Нэйт уверенно вышел из него, не удостоив меня даже взглядом. Я застыла на месте не в состоянии развернуться к проему."

"– Мисс? Мисс! Вам на какой этаж? – один из незнакомых мужчин, вошедших в кабину, внимательно вглядывался в мое лицо и попытался вывести меня из ступора озвученным вопросом.

Я невнятно пробормотала этаж своего офиса и развернулась лицом к стальной двери, сдерживая слезы до ближайшей дамской комнаты.

Глава 23

Два с половиной месяца ежедневных истязаний и самобичевания без единой встречи с ним. С того момента в лифте я больше ни разу не встретила Нэйта.

Сначала мне казалось, что он просто пропал. Выпытав у Джареда информацию в обмен на признание о разрыве с Натаниэлем, я узнала, что на неопределенный срок Нэйт перенаправил в Чикаго своего заместителя из нью-йоркского офиса – Марка Росса, в то время как сам занялся управлением компанией напрямую из Большого яблока. Никто не знал, сколько будет длиться этот «неопределенный срок», что еще больше выбивало меня из колеи.

Ни на один день я не переставала думать о нем. Ни одна ночь не прошла без его присутствия во снах. Чаще всего там мы по-прежнему были счастливы и придавались нашей сумасшедшей любви. Наутро я просыпалась в отчаянии и вновь погружалась в мучительную реальность. Но бывало, что он был таким же отрешенным и холодным, как последний раз в лифте. Безмолвно бросал на меня равнодушный взгляд и не реагировал на мои истерики. Я кричала не своим голосом и извинялась, проглатывая горькие слезы, а он стоял, невозмутимо всматриваясь в какую-то невидимую для меня точку.