Без стыда

Не до конца восстановившись, Нэйт скатился с меня и лег рядом, прижимая меня спиной к влажному телу и обвивая мои ноги своими. Я обняла его сильные руки и поцеловала каждый палец.

– Я должен тебе кое-что сказать, – в кромешной темноте его шепот казался еще более интимным. Я чувствовала его на затылке.

Я перестала дышать, не представляя, что скрывается в его мыслях.

– За эти две недели я понял, что нет ничего более важного в моей жизни, чем ты, Тэя, – теперь перестало биться даже сердце. – Мне нужна ты. Только ты придаешь мне сил, одновременно делая меня и самым слабым. Я не могу описать, насколько сильно люблю тебя, но я готов показывать это каждый день, каждую минуту, когда ты рядом.

Сердце невыносимо защемило. Я не могла даже двинуться или сделать вдох. Я только чувствовала, как крепко его руки сжимают меня, и что ему этого мало. Он впивался в меня всем телом, как будто я какое-то сокровище, которое нужно оберегать всеми силами и защищать собой.

Ужаснее всего было осознавать, что я должна уйти от него прямо сейчас. Оставить его, ничего толком не объяснив и выдумав уйму несусветной чуши. Он трепетно обнимал меня и ничего об этом не подозревал. От этой мысли я еще сильнее вдавливала пальцы в его руки, пытаясь отпечатать на себе каждое его прикосновение. Я беспредельно любила его. И я должна была лишить его этих чувств."

"Глаза зажмурились, не позволяя слезам вырваться наружу. Я лежала в его руках, боясь шелохнуться, и молила время застыть на этом моменте. Я бы отдала все на свете, лишь бы мне не пришлось покидать эту постель, его объятия, его самого.

Я ощутила, как его хватка ослабла, и Нэйт умиротворенно засопел, зарывшись лицом в мои волосы. Последние часы покоя. Можно начинать обратный отсчет.

Пролежав так еще некоторое время, я поняла, что сон для меня сегодня – недостижимая роскошь. Я аккуратно выскользнула из объятий Нэйта, набросила легкий халат и вышла на террасу с видом на Мичиган.

Уже начинало светать, но тяжелые тучи настойчиво затягивали небо, откладывая наступление утра. Первые лучи солнца безуспешно пытались пробиться сквозь плотные серые облака, чтобы одарить Чикаго последним летним теплом. Казалось, что даже погода предчувствовала неминуемые перемены и менялась на соответствующую им. Я облокотилась на перила и вдохнула влажный студеный воздух. Страх высоты испарился. Казалось, что груз, повисший в груди, прочно придавил меня к холодному полу террасы, и кроме него внутри больше ничего нет. Я не чувствовала холода, я даже не обратила внимания на первые упавшие капли дождя на лицо. Я стояла и вглядывалась в нарастающие волны Мичигана и пыталась найти в них умиротворение, чтобы хотя бы на минуту сердце перестало ныть.