Королевство стужи и звездного света

Я переводила в краски ее утрату и то, что копилось во мне. На холсте восставало кровоточащее прошлое, и каждый мазок приносил благословенное облегчение.

Неудивительно, что я забыла о времени и перестала обращать внимание на окружающий мир.

Скрипнула дверь, и я вскочила со стула. Вошла Рессина с ведром и шваброй в зеленых руках. Спрятать картины и принадлежности для живописи я, естественно, не успела.

Рессина лишь деликатно улыбнулась, остановившись возле двери.

– Я догадывалась, что это вы. Несколько дней назад увидела свет сквозь щели и почему-то подумала о вас.

У меня гулко колотилось сердце. Лицо полыхало, как кузнечный горн.

– Прости за самовольное вторжение, – произнесла я, натянуто улыбнувшись.

Фэйри подошла ко мне. Даже с ведром и шваброй в руках, она двигалась изящно.

– Вам незачем извиняться. Я всего лишь хотела прибраться здесь.

Рессина опустила ведро на пол и с легким стуком прислонила швабру к пустой белой стене.

– Зачем? – спросила я, кладя кисть на палитру.

Рессина уперла руки в узкие бока и оглядела полуразрушенное помещение. Деликатно не задержалась взглядом на моих картинах. А возможно, они не вызвали у нее интереса."

"– Родные Пиланы пока не решили, будут ли они продавать помещение. Но в любом случае убрать мусор не помешает.

Я сдержанно кивала, понимая, что умножила беспорядок.

– Ты меня извини… в тот вечер меня почему-то потянуло сюда. Хотя я честно собиралась в твою мастерскую.

Рессина невозмутимо пожала плечами:

– Повторяю, вам незачем извиняться.

За пределами нашего внутреннего круга редко кто держался со мной столь естественно. Даже ткачиха, услышав о желании купить шпалеру, повела себя более официально.

– Я рада, что это помещение кому-то пригодилось. Особенно вам, – добавила Рессина. – Думаю, Пилане вы бы понравились.

Я не ответила и молча стала собирать кисти и краски.

– Не буду тебе мешать, – сказала я.

У стены досыхал портрет, который мне не хотелось показывать даже Рессине. Я отправила его в нишу между мирами, где хранились и другие мои картины. Оставалось собрать кисти и краски.

– Оставьте их здесь.

– Но это же не моя мастерская, – ответила я, теребя кожаную тесемку мешка.

– Поговорите с семьей Пиланы. Думаю, они охотно продадут вам галерею.

– Возможно, – уклончиво ответила я.

Мешок с кистями и красками отправился в ту же нишу между мирами. Если кисти слипнутся, а краски застынут, я получу зримое подтверждение собственной безалаберности.

– Если соберетесь, они живут близ Дунмера, на хуторе. У берега моря.

– Спасибо, – пробормотала я, сомневаясь, что отправлюсь туда.

Идя к двери, я спиной чувствовала улыбку Рессины.

– С праздником! – крикнула она вслед.