Хозяин Стужи 4

— Вряд ли, — Андрей тяжело вздохнул, — все его союзники — такие же местечковые аристократы, как и он, не того он полёта птица, чтобы вести дела с кем-то серьезным. Однако в этом что-то есть, но я пока не могу понять что.

Я хотел было ответить, однако в следующую секунду телефон в моем кармане завибрировал, и, достав его, я увидел сообщение от Гудовича, благо последние цифры его номера запомнились мне. Заинтригованный, я решил прочитать сообщение, но, право слово, лучше бы я этого не делал. Там не было текста, но зато была фотография, на которой была запечатлена Анжелика. Девушка сидела на стуле, на руках у нее были антимагические кандалы, а в глазах ее я видел страх и непонимание. За ее спиной же стоял ублюдок Гудович, улыбаясь во весь рот. В эту секунду мне резко захотелось кого-то убить, и температура воздуха вокруг меня начала падать.

— Алексей, очнись! — голос Васильчикова заставил меня прийти в себя и поднять голову.

Граф окутался щитами, а я понял, что чуть не дал воли своей силе.

— Прошу прощения, — я покачал головой, — не сдержался.

— Что такого у тебя случилось-то? — Андрей аккуратно убрал щиты, — любую проблему можно решить, если что.

— В плену у ублюдка моя сестра, — нехотя ответил я, — правда, мы с ней знакомы всего ничего, но это точно моя сестра, я успел в этом убедиться. Проклятье, и как он только о ней узнал-то? — я до хруста сжал кулаки, пытаясь понять, что же мне делать дальше.

Гудович, падла, всё правильно рассчитал, не знаю, кто ему эту идею подкинул, однако теперь у графа есть козырь, хороший такой козырь.

— Сестра? — Андрей нахмурился, — так ты же последний в роду."

"— Оказывается, что нет, — я покачал головой, — долгая история, не до нее сейчас, если честно. Нужно понять, что этот ублюдок хочет, и как вытащить Анжелику. Надо было посадить ее на чертов самолет и отправить ее обратно во Францию!

Андрей хотел было что-то сказать, но в следующую секунду телефон в моих руках зазвонил. Я ответил и тут же поставил на громкую.

— Ну что, сопляк, как тебе фотография, понравилась? — ехидно поинтересовался Гудович, — уверен, ты оценил всю композицию, как по мне, это тянет на снимок года, не меньше.

— Ты позвонил поиздеваться или поговорить о деле? — я с большим трудом взял себя в руки, — а то такое ощущение, что из нас двоих сопляк все-таки ты.

— Дерзишь, — Гудович хмыкнул, — ну-ну. Ладно, не будем тянуть кота за одно место. Мои условия таковы: через час мы с вами встретимся, с тобой и с Васильчиковым, и окончательно закроем вопрос. Ну или я просто отрежу голову этой милашке, — ублюдок расхохотался, — хотя, может быть, стоит перед этим поразвлечься с ней, мм? Что скажешь, Бестужев?

— Скажу, что Васильчиков тут ни при чем, — сквозь зубы процедил я, — решать будем я и ты, и больше никого.