Ступа с навигатором

Денег-то она не зарабатывает.

Алевтина опустила голову.

– Беда случилась через три года после Надиного возвращения. Я была на занятиях, вернулась домой в районе семи вечера. Смотрю, отец бледный, глаза провалились, сестры в квартире нет. Мужчина меня увидел, закричал:

Я испугалась, ответила.

– На занятиях сидела, потом сразу домой поехала.

Федор Николаевич вдруг зашептал:

– Аня умерла, в морг увезли.

Я вообще ничего не поняла, спросила:

И, бац, пощечину от папаши получила, потом он закричал.

– Жена моя! Мать твоя!

Алевтина заложила за ухо прядь волос.

– Я оторопела. Утром Анна Яковлевна здоровая, а сейчас ее в живых нет? Наверное, Федор Николаевич сошел с ума. Отец тем временем вытащил из бара бутылку коньяка, влил в себя хорошее количество напитка и велел: «Слушай». Язык у него заплетается, но говорит. И полились на меня семейные тайны.

Оказывается, Надю не отправили в Молдавию, это сказка для приятелей, руководства школы и меня. На самом деле старшую дочь отправили к людям, которые за хорошую плату зарабатывали на тайном ведении беременности и родах несовершеннолетних девочек. Надя произвела на свет мертвого младенца, но домой ее отпустили в девятнадцать лет уже замужней дамой. Супруг ее никакой не молдаванин, он работал у людей, которые прятали беременных школьниц. Молодой человек не имел ни кола ни двора, зато внешне хорош, как греческий бог. Юноша соблазнил Надежду, потом предложил руку и сердце. А когда девушка, которой уже прозвенело восемнадцать, согласилась, сумел вывести ее за территорию интерната. И парочка живо расписалась. В те годы, если невеста шептала в ЗАГСе: «Я беременна, но нет бумаги от врача. Если отец узнает, что потеряла невинность, он меня убьет», – то паре, несмотря на отсутствие меддокумента, могли оформить брак сразу.

Ясное дело, что этих Ромео с Джульеттой выгнали вон из учреждения, где одна жила, а второй работал. Надю родители пристроили в вуз, зятю нашли работу. Но супружеская жизнь не сложилась, быстро последовал развод. Бывшего мужа выгнали вон. Сестра вроде училась в институте. Родители боялись, что она опять свяжется с дурной компанией, поэтому следили за старшей дочкой в оба глаза. И на всякий случай вели себя и с младшей так же. Я боялась и отца, и мать, поэтому выполняла все их требования. А Надя, как всегда, плевать на них хотела, могла не вернуться домой ночевать. Ну каждый день у нас лай и грызня. Мама пыталась Надю по вечерам дома удержать, становилась перед дверью. Дочь родительницу отпихивала, всегда убегала. В день, когда случилось несчастье, Анна Яковлевна заперла входную дверь изнутри, ключ спрятала, приказала непослушнице:

– Дома сегодня сидишь, хватит шляться!

А Надя собралась в гости. Случился очередной скандал, во время которого сестра толкнула мать.