Закон притяжения. Его студентка

Даже беззлобно хмыкнул:

— Кто бы сомневался! Мы с Тамарой ходим парой, да?

— А как же иначе, Виктор Эдуардович? — весело прощебетала подруга в ответ.

Кивнув, преподаватель возобновил знакомство с другими студентами, а Белова вдруг поняла, что их экс-физрук искренне рад видеть Ирину.

«Но… только Ирину! Не меня!»

И от данного открытия внутри что-то неприятно кольнуло.

Словно острой иголочкой по сердцу провели. С нажимом. Не щадя.

Не удивительно, что оставшаяся часть пары прошла для нее как в тумане.

Благо Макаров отпустил их за пятнадцать минут до звонка, ввиду отсутствия в расписании на сегодня других дисциплин. Почти все студенты сразу разошлись по домам. Синицына тоже смылась куда-то, загадочно намекнув, что должна постараться предотвратить некую катастрофу.

В итоге на кафедру Беловой пришлось топать в гордом одиночестве.

Так как официально у всех групп еще шли занятия, в коридорах было тихо и безлюдно. Что не могло не радовать. Добравшись до нужного кабинета, она трижды постучала и решительно прошмыгнула внутрь, плотно прикрывая за собою дверь:

— Можно?

Там ее встретил только Виктор Эдуардович. Один. Мужчина стоял к ней спиной. Глядя строго в окно, он по локоть закатывал рукава своей черной приталенной рубашки. А покончив с этим делом, спрятал ладони в карманах брюк и медленно развернулся, прожигая Лену напряженным взглядом.

— Ну? — требовательно, грозно. — И как так получилось?

* * *Неопределенно пожав плечами, Белова робко улыбнулась.

— Не знаю. Обычное совпадение. Наверное…

— Совпадение?

— Ну… или типа того!

— И я должен в это поверить?

Иронично хмыкнув, Макаров с грацией хищника двинулся в ее направлении.

И чем меньше расстояния оставалось между ними, тем труднее становилось сохранять самообладание. Чувствуя нарастающую в душе тревогу, она лишь усилием воли заставляла себя оставаться на месте и не пятиться назад. Виктор Эдуардович замер буквально в шаге от нее.

Выждал паузу и произнес с обманчивой нежностью в голосе:

— А теперь правду, Лена!

Силясь понять, к чему он клонит, она твердо выдержала его строгий взгляд.

Взгляд, порождающий в душе лишь ярый протест и раздражение.

«Я не сделала ничего, за что можно было бы ТАК на меня смотреть!»

— Что конкретно вы хотите услышать? — огрызнулась вдруг, внезапно теряя терпение. — Скажите прямо, и я отвечу!

— Как ты здесь оказалась? — процедил сквозь стиснутые зубы мужчина.

— Элементарно! Подала документы и…

— Но как ты узнала, куда именно нужно их подать, чтобы оказаться в числе моих студентов? — прервал на полуслове. — Как? От кого? Я ведь до последнего держал в секрете место своей новой работы!

«Что? Что, черт возьми? Он решил, будто я…»

Осененная догадкой, Лена застыла на месте, точно пришибленная.