Закон притяжения. Его студентка

— Успокойся! Все будет хорошо! Слышишь?

— Не будет! Не будет!

— Еще как будет!

Юля горько усмехнулась:

— А знаешь, вчера на медкомиссии ты была права! Зря я с тобой спорила!

Лена похолодела, вспоминая, как с пеной у рта доказывала всем, что лишение девственности хирургическим способом — лучшее, что придумало человечество. И обезболят. И свечечки пропишут. И все правильно сделают.

— Все мужики — уроды! И предатели, помешанные только на своем члене! Никто из них недостоин нашей девственности! — яростно воскликнула Юлька, растирая по щекам слезы. — Лучше уж реально хирургическая дефлорация. Без боли. Без травм. Без нервных срывов. Чик-чик, и все! Гуляй, Вася!

— Замолчи! — испуганно прохрипела Белова, внезапно почувствовав на себе полыхающий и острый, как лезвие бритвы, взгляд Макарова. — Пожалуйста!

Но разбушевавшуюся старосту было не остановить:

— Ты уже записалась на процедуру или думаешь еще? Это бесплатно, надеюсь? А, пофиг, даже если и платно! Решено! Я с тобой пойду! Давай? Вместе веселее и не так страшно будет, да?

— Юля, хватит! Умоляю тебя!

— Хрен им, этим мужикам, а не наше тело! Большой и толстый хрен!

— Попова! — прогромыхал вдруг Марат Евгеньевич, который, как оказалось, бесшумно вышел в коридор и успел слышать многое… судя по всему. — За языком-то следи! А то ведь не сдержусь — угощу большим и толстым, раз просишь и настаиваешь!

Юлька смерила заведующего кафедрой испепеляющим взглядом:

— Все-таки правду про вас говорят! Вы тот еще козёл!

— Угу! — согласился Каримов, грозно прищурившись. — Бываю временами!

— Не временами…

— В общем, так! — рявкнул мужчина ледяным тоном. — Ну-ка успокоилась! Прекратила истерику! Выдохнула! Взяла себя в руки! И… немедленно вернулась в мой кабинет! Мы еще не все обсудили!

— А вот и…

— ЖИВО, Я СКАЗАЛ!

Не в силах противиться, Попова медленно поплелась в указанном направлении. Когда дверь в кабинет Марата Евгеньевича захлопнулась, Лена затравленно покосилась на Виктора Эдуардовича.

Тот хмуро буравил ее суровым взглядом в ответ. Залившись краской от смущения, девушка зажмурилась на миг, нервно стискивая собственные заледеневшие пальцы. А когда вновь открыла глаза, Макаров уже стоял рядом. Отшатнувшись от неожиданности, Белова медленно попятилась назад и жалобно крякнула:

— Я лучше пойду…

— Пойдешь! — прозвучало безапелляционно. — За мной! И очень быстро!

* * *Отступать дальше было некуда. Вскоре Лена уперлась спиной в холодную стену. Перебарывая смятение, творившееся в душе, она все же нашла в себе силы расправить плечи и твердо выдержать его пытливый взгляд.