Её несносный студент

Не знаю, сколько бы это еще длилось, если бы, словно почувствовав на себе мой пристальный взгляд, Егор не повернул голову, встречаясь со мной взглядом.

И все что я могу, — глупо улыбаться, из последних сил держа себя в руках, смотреть ему в глаза и улыбаться.

Он застывает на миг, точно не ожидая моего здесь появления. Смотрит в упор, пока девчонка щебечет что-то, большим пальцем касаясь его губ и стирая с них невидимый след.

И, наверное, это становится последней каплей.

— Ксюша, — он кричит через разделяющее нас расстояние, а я поджимаю губы и мотаю головой.

— Прости, — бросаю Кате и прежде, чем она что-либо успевает сообразить, разворачиваюсь и пулей мчусь в сторону выхода.

Бегу не разбирая дороги, слезы застилают глаза. Ну почему, почему же так больно.

«Ты просто моя» — звучат в голове его слова.

Не твоя. И никогда не была.

Дать Александровне пару дней на то, чтобы принять факт неизбежности моего постоянного присутствия в ее жизни, пожалуй, было самым идиотским моим решением за все прожитые на этом свете восемнадцать лет. Потому что ни хрена я, оказывается, не джентльмен и совести у меня все-таки нет. Три дня, три долбанных дня я на стену лез, и ни хрена это не прикольно играть в хорошего мальчика.

И что в результате мы имеем на сегодняшний день? Я с голой жопой, без собственного жилья, потому что дебил и не озаботился столь серьезным вопросом, моя гордость, не позволившая мне даже за вещами заскочить, одна ночь в машине, опять же потому что дебил и смотрим пункт первый, охреневший в прямом смысле от моего воскресного вида дед, к которому я, хоть и позвонил предварительно, но все же завалился незваным тюленем в квартиру.

Спустя пять минут охреневал уже я, потому что дед мой все же с сюрпризом и в прошлый раз мой внутренний Шерлок был прав: у деда появилась женщина. Таким идиотом я себя еще не чувствовал, ведь своим появлением явно нарушил планы деда, но он тоже хорош, мог меня и послать по телефону.

В общем миленькую до нельзя женщину, явно моложе моего деда лет так на пятнадцать, я точно поставил в неловкое положение, выводы столь неутешительные я сделал из ее спешных сборов и отчаливания из квартиры.

Дальше мы имеем бездомного меня, временно приютившего меня деда, не упускающего момента подколоть и побурчать, три дня без Ксюши и два прогула, потому что ни черта бы я не смог держаться от нее в стороне и обязательно зажал бы в какой-нибудь аудитории.

— Егор, ну где ты опять витаешь?

И еще один пункт — благотворительные, ядрена вошь, вечер. И на кой хрен я только согласился? Вот с самого начала же понимал, что плохая это идея, очень плохая.