Струны черной души

И там же, за соседним столиком, тот случай, когда они практически вплотную — для компаний из четырех-пяти человек, — будем сидеть мы с Сотниковой. Дело в том, что Гришин по будням обедает один, в субботу приводит жену и друзей, другую семейную пару. Место не меняет. Метрдотель объяснит ему, почему мы окажемся рядом. Меня он никогда не видел. Я его — да, со стороны и по фото. Не думаю, что он будет возражать. Человек спокойный и культурный. Думаю, ты все поняла. Сотникова тебя точно не увидит, надеюсь, и ты не выскочишь на волне гнева. Ты просто свидетель. Что он написал твоему мужу, рекомендуя Сотникову, ты, конечно, помнишь. Подруга детства, за одной партой, знает всю ее сложную и честную жизнь.

Мы вошли в действительно очень приятный небольшой зал с колоннами и арками, позволяющими создать любому иллюзию уединения и, наоборот, возможность объединиться для узкого круга избранных друзей.

Сергей проводил меня за столик в уютном закутке, сам сел за один из двух столиков напротив.

Мы явно приехали первыми. Мне принесли какое-то чудо в тарелке, ароматное, горячее, красивое, строго антидиетическое.

Я сразу поняла, что проголодалась, несмотря на неприятную лихорадку ожидания. Видела, как по-хозяйски Сережа принимает блюда на двоих за своим столом.

О, у них обед с вином. Думаю, Томе понравится.

Минут через десять в зал вошел худой мужчина в безупречном сером костюме и в очках. Не глядя по сторонам, он прошел к столику рядом с тем, за которым сидел Сергей.

Сергея не удостоил взглядом. Кивнул метрдотелю, сел, закурил.

В это время к Сергею продефилировала расфуфыренная Сотникова, запах ее резких духов почувствовала даже я за своей колонной.

Она уселась, расправляя под задом широкую юбку из плотной ткани, в складку, что ей вообще-то противопоказано.

Гришин повел узким утиным носом в их сторону. Блеснул очками на Сотникову.

Видимо, запах духов перебил даже его сигаретный дым.

На лице мелькнуло раздражение. И все. Ничего похожего на узнавание.

Ему уже подавали обед, и он его разглядывал с предвкушением гурмана. Выпил крошечную рюмку коньяка и тут же не просто начал есть. Он отдался процессу поедания и пищеварения, как это бывает с настоящими обжорами.

Интересно, как ему удается оставаться таким худым? То ли генетическая склонность, то ли есть болезнь, то ли нервы сжирают лишние калории.

А Сотникова за соседним столом с интересом оглядывалась вокруг, пила, ела, говорила. Все громче и оживленнее говорила.

Видимо, Сережа выбрал нужные напитки. А потом у них там что-то произошло.

Я увидела только, как Сотникова вскочила с салфеткой в руках и бросилась к Гришину, чья белая рубашка и серый пиджак были в мокрых пятнах красного вина.

Большой разбитый бокал лежал между ними.