Струны черной души

Я — в трикотажном черном, облегающем платье, с подкрашенными ресницами, которые всегда делают мои глаза глубокими, таинственными, как поверхность зеленого озера. Так говорил Анатолий. И в губах под золотистой помадой, наверное, кто-то сейчас видит спрятанную улыбку, превосходство, соблазнительную тайну.

— Каждый раз поражаюсь твоей необычной внешности, — сказал Сергей. — Экзотика и благородство, как говорится, в одном флаконе. Интересные гены.

— Да. Сейчас лень перечислять, сколько всего было в моей прабабке — восток, запад, короли и бродяги, богачи и нищие. Древний род. Никогда не было времени, чтобы его изучить.

Мы пили, ели, даже смеялись над историями частного сыска, который заводит в самые неожиданные и нелепые дебри человеческих проявлений.

Я постоянно ловила на себе чьи-то любопытные взгляды. И в какой-то момент сказала себе: «Господи, Соколовская, да успокойся же ты, наконец. И пойми, что ты на свободе. Сама пришла, сама уйдешь, когда захочешь. Захочешь — напейся вусмерть, твой частный сыщик тебя доставит домой. К тебе домой!»

— Маргарита, — вдруг осторожно, но очень серьезно произнес Сережа. — Ты никогда не чувствовала угрозы, которая была бы адресована именно тебе? Чья-то корысть, зависть, вражда, месть? Настолько сильные, чтобы лишать тебя семьи, свободы, чего-то еще, о чем мы пока можем не знать?

— Я только ее и чувствую с определенных пор, но я вижу немного не так. Не адресована мне, а просто я попала в ее поток. Под шквал опасности, преступлений, и да, они, наверное, не закончились.

— Это мистика. Я о фактах и логике. Понимаешь, иногда человека ненавидят настолько сильно, что его мало просто убить. Преступнику требуются долгие страдания жертвы. Не подходит под твой случай? Или это не месть, а какой-то сложный расчет. Прошу прощения, твой отец — богатый человек? Ты — единственная наследница? Нет претендентов на его недвижимость, состояние, к примеру?

— Папа мог быть таким, но он считал своим долгом сразу тратить все, что зарабатывал. Я тебе рассказывала, откуда взялась сумма, на которую я купила квартиру. Дом у отца нормальный, недорогой. Его коллекции имеют ценность только для него. Родственники по его линии только далекие, я с ними даже не знакома. Они не поддерживали связь. Нет, тут мимо.

— Я бы не был столь категоричен. Недавно один парнишка двадцати пяти лет из нормально обеспеченной семьи заказал убийство всех своих родственников — отца, матери, младших братика и сестрички. Отец почувствовал за собой слежку, подумал, что конкуренты, нанял меня. Короче, мы поставили охрану, устроили засаду, взяли непрофессионального киллера, который и сдал заказчика. Так что уродов много. Но не будем о грустном. Что-то узнала о Наде Павловой?

— Да, не успела сегодня тебе рассказать.