Строптивое наследство

Для тех, в чьем кругу вращался Эрик, и Нейна, и ее мать вырядились чересчур вызывающе. «Хорошо хоть в брюках не заявились, — с горьким сарказмом подумал Эрик. — То вообще позор был бы». Впрочем, и это был позор. Эрик прекрасно понимал, что уже через полчаса-час после их появления на балу по дворцу, а потом и по столице, поползут слухи и сплетни. Его вместе с женой перестанут принимать в приличных домах. За его спиной станут смеяться. В общем, произошла катастрофа.

И Эрик удивлялся, почему так спокоен тесть. Он ведь родился и вырос в этом мире, он должен понимать последствия поступка тещи и дочери. Но нет, он шел, как ни в чем не бывало, по коридору, не обращая ни малейшего внимания на заинтересованные взгляды слуг. Он шел так, словно его все происходившее не касалось. И ладно жена, с которой он был в разводе. Но дочь. Ведь позор упадет и на ее голову тоже!

— Хватит пыхтеть, — послышался сбоку насмешливый шепот Нейны. — Ты ж не паровоз.

Что такое «паровоз», Эрик не знал, но отвечать любимой супруге не стал, даже голову в ее сторону не повернул.

В нарядно украшенном танцевальном зале собрались, наверное, все аристократы столицы, включая мелкопоместных баронов, попавших в город по делам. Каждому самолично хотелось увидеть полубогиню, связавшую себя узами брака с племянником императора. Исключительный случай! Невиданное дело!

Когда Эрик с Нейной переступили порог вслед за ее родителями, нестройный гомон в зале на несколько секунд стих, а затем возобновился с новой силой. Все собравшиеся активно обсуждали наряды зашедших в зал дам.

Между тем грянула музыка — лоргинор, медленный неспешный танец.

— Потанцуешь со мной? — обворожительно улыбнулась Нейна.

— Тебе мало моей растоптанной репутации? Надо и ноги оттоптать? — угрюмо буркнул Эрик, но все же повел жену в круг посередине зала.

Сейчас, находясь в центре всеобщего внимания, Эрик больше не считал брак таким уж безопасным и спокойным происшествием. Наоборот: была бы его воля, Эрик давно придушил бы любимую супругу.

Увы, приходилось подставлять ноги под каблуки ее туфель. Хотя следовало признать, что танцевала Нейна не так уж и ужасно. И все же Эрик частенько морщился, когда очередной каблук внезапно оказывался у него на ноге.

Успокаивало его только то, что рядом, в круге, так же морщился отец Нейны. Его супруга оттаптывала ему ноги с тем же удовольствием, что и Нейна — Эрику.

На дядю, сидевшего на возвышении на троне вместе с супругой и двумя дочерьми, Эрик старался не смотреть — стыдно было."

"Нина на славу развлеклась на балу, продемонстрировав всем собравшимся моду другого мира.