Его строптивая малышка (СИ)

Он серьезно думает, что проблема только в этом?

– Меня должно успокоить, что на меня подрочил ты один?

– Я даже этого не успел, ты слишком быстро легла спать, – усмехается Староверов. – Может, повторишь для меня?

Эта скотина ни в чем не раскаивается!

Но почему к моей злости начинают примешиваться другие эмоции?"

"При мысли о том, что непробиваемый Данил сидит перед камерой и следит своими холодными глазами, как я голая выхожу из ванной и подхожу к зеркалу, у меня сбивается дыхание. Что я там делала? Приподнимала руками грудь, гладила живот, проверяя, достаточно ли он плоский, повернувшись к отражению спиной и оглядываясь, щипала себя ягодицы, чтобы убедиться в отсутствии целлюлита.

– Тебе понравилось? – уточняю ядовито. – У тебя встал? Вуайерист хренов!

– Мне понравилось, ты зря оделась, – также невозмутимо отвечает Староверов. – И да, у меня встал. Сразу вспомнилось, почему я захотел тебя трахнуть.

– А как же черти в глазах и все такое? – надо бы эту тему оставить в покое, но меня несет.

– Твои черти – причина, почему я все же трахнул.

Черт-черт!

Сейчас Староверов похож но того Данила с моего выпускного. Не собранный холодный бизнесмен, который вызывает у меня интеллектуальный оргазм, а горячий плохиш, который будит во мне что-то животное. Двуличный мерзавец!

К моему ужасу Староверов откидывает простыню и встает с кровати. В отличие от меня он спит без одежды. В свете ночника мне открывается весьма распутное зрелище.

У меня мгновенно пересыхает во рту.

У него и сейчас стоит.

– Ты нравишься мне голая, Вика. И я тебе еще тогда рассказал, в каких позах я предпочитаю тебя видеть. Что тебя удивляет?

Данил стоит так близко, что мне кажется, я чувствую жар его тело. Член покачивается в паре сантиметров от меня. Я покрываюсь испариной, моя температура тоже растет.

Пользуясь моей минутной слабостью, Староверов обнимает меня и прижимает к себе.

Господи, как давно у меня этого не было.

Его горячая плотная кожа, сводящий с ума запах, сильные руки…

Они забираются под шелковый топ на спине и кончиками пальцев пересчитывают позвонки между лопаток. Спускаются к ямочкам на пояснице, проскальзывают под резинку свободных шортиков и сжимают место, на которое я опять нашла приключений. Второй ладонью он гладит мою шею вверх от ключиц, оставляя ее на щеке.

Сейчас я просто оголенный нерв. Все мое существо жаждет, чтобы Данил меня поцеловал.

Но вглядываясь в мое лицо, он лишь произносит:

– Ты же тоже не закрыла глаза тогда в душе. Ты смотрела на меня, и тебе все нравилось. Только ты струсила. И это при том, что ты все пыжишься вести себя как большая. Сиськи у тебя, и правда, как у взрослой, а в остальном ты хуже Ви.

Последнее предложение врезается в мозг.

Я отшатываюсь от Староверова.