Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

Как много у нас с тобой общих знакомых?

Чернов какое-то время молчит, должно быть, напрягая последние мозговые извилины.

— Аллилуйя. А то я уже переживать начала, что у тебя всё в мышечную массу ушло.

— Нет, ты серьёзно, — напрягается Стас. — Ты целовалась с Севой?

-Девять лет назад, — смеюсь я. — Семь секунд, ровно семь. Так что… можешь расслабиться.

— То-то мне он сразу не понравился!

— А мне-то показалось, что вы неплохо так спелись.

— Слышала, когда-нибудь поговорку, а том, что врага нужно держать поближе к себе?

И тут я не выдерживаю и хохочу в полный голос. И только просмеявшись, до меня доходит, что Стас специально выбрал тему про Рыжего, чтобы отвлечь меня от всех остальных грустных мыслей.

— Ты всё сразу понял, да? — уточняю я.

— А ты думала, что я действительно настолько глуп?

И от последней его фразы на душе становится особенно тепло. И даже весь мой рассказ, больше не кажется мне чем-то постыдным и уродливым.

— Но к остальному мы обязательно вернёмся… когда ты будешь готова.

— Спасибо, — охрипшим голосом шепчу я, словно что-то осело у меня в горле.

И мы опять молчим. Я возвращаюсь на кровать, растягиваясь на ней на спине. Мне нравится просто лежать и слушать, как он на другом конце страны, точно так же ловит звуки моего сбившегося дыхания и думает о чём-то своём.

А потом в трубке раздаётся громкое:

— Ай, Крис, слезь с меняя!

Голос у Стаса звучит очень громко, и мы с Бонифацием нервно подпрыгиваем на постели. Чернов на кого-то там бурно ругается. А я невольно напрягаюсь, переполошено начиная переживать насчёт того, кто такая Крис.

— Вера, ты там? — почти испуганно зовёт он меня.

А я молчу, не зная, что мне думать. Или чувствовать… Хотя нет, с чувствами тут как раз всё более или менее понятно.

— Вера! Пока ты там себе чего-нибудь не придумала. Кристине двенадцать, и я имею с ней прямые родственные связи.

— Точно? — глупо уточняю я.

— Абсолютно, — заверяет меня Чернов. Только после чего я смогла сделать нормальный вдох, оказывается, всё это время я задерживала дыхание.

— Я так и понял, — фыркает он. После чего я слышу его глухой зевок. — Пошли спать?

— Пошли, — киваю я головой. — Только постой. Когда ты приедешь?

— Послезавтра, днём. Не хочешь меня встретить? — наглеет он.

— Я на парах. А потом смена в баре. Так что встретимся на следующий день, я заскочу к тебе отдать ключи и забрать вещи, — от последней фразы становится грустно. Можно подумать, что я жить у него собралась! Но перспектива отъезда от Боньки и Черновской подушки оказалось не такой уж весёлой.

— Вер, я приеду, и мы поговорим. Хорошо?

Я мнусь, боясь разрешить себе надеяться хоть на что-то. Но ведь я и так сегодня уже вон как рискнула. Не рискнуть ли мне опять?

— Посмотрим, — пространно обещаю я ему.