Хороший мальчик. Строптивая девочка (СИ)

— И чем ты занимаешься?

— Да так, мелочами всякими, — пытается увильнуть от моего вопроса, но я ведь уже зацепилась за слова, поэтому мои глаза смотрят пристально и выжидающе, и ему приходится пояснять. — На бирже немного играю, — в этот момент я мрачнею, совсем необрадованная услышанным. Стас правильно угадывает мои мысли. А может и вовсе, с самого начала знал, что мне не понравится. — Не смотри на меня так. Я аккуратно. И со знанием дела. Я же не идиот какой-то, чтобы спускать все свои деньги куда попало. Доход есть, вполне стабильный. Не так круто как могло бы, но я пока пробую.

Но меня это не успокаивает.

— Вера, расслабься, — велит он мне, щипая за бок. — Ты забыла, что я тебя умный? И к тому же имею экономическое образование? Поэтому от большинства кретинов, которые суются туда, я понимаю, что делаю, и почему я это делаю. Но если даже это тебя не успокаивает, то всё равно выдохни. Я после нового года на работу выхожу. Должность, конечно, пока так себе, но фирма крутая. Они меня только на безопасность и благонадёжность больше месяца проверяют.

Я не спешу с ответами или выводами, понимая лишь одно, как на самом деле мы ещё мало друг о друге знаем.

— Но, чтобы ты уж совсем не страдала из-за своей непрозорливости, признаюсь, я всё ещё частично завишу от папы с мамой. Если опустить эмоциональный компонент и сосредоточиться на финансовом, — кривляется Чернов, — то смею заметить, что я ещё после третьего курса порывался пойти работать.

— И что тебя остановило?

— Не поверишь, родной отец. Он тогда знатно обиделся.

— На что?! — удивляюсь я.

— Нууу, как бы тебе объяснить. Понимаешь, он очень рано начал работать, впрочем, как и всё остальное, — здесь он хитро ухмыляется. — И ему приходилось очень много впахивать, чтобы у нас всё было. И возможно, у него есть теория, согласно которой, мы в своей молодости должны отгулять своё. Прямая цитата от него, — начинает разводить он свою театральщину, видимо, парадируя отца. — Стас, неужели ты думаешь, что я сделал шестерых детей и не в состоянии их обеспечить?!

— Ну, может быть, и не так, но смысл я передал точно.

Я невольно начинаю смеяться, а потом, правда, жалуюсь:

— Ты меня опять отвлёк от основного.

— Всё правильно. Потому что есть вещи, о которых тебе можно беспокоиться, а есть те, которые являются только моей ответственностью. Например, как и на что покупать тебе вещи.

И опять мы вернулись к тому, с чего начинали.

— Стас, ты торопишься.

— Нет, Вера, не тороплюсь. Я месяц протупил, а теперь вот, вынужден навёрстывать упущенное. Ты кстати тоже.

Я не могу понять его тона. Стас одновременно игрив и до безобразия серьёзен. Но он ещё сказал не всё, потому что именно сейчас он задаёт тот вопрос, которого я бы по возможности избежала.